Кабацков Андрей Николаевич

Историк. Социолог. Доцент кафедры Журналистики и массовых коммуникаций Пермского государственного национального исследовательского университета

 

 

Комментарии эксперта:

29 апреля, 2021 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Март-Апрель, 2021)

Ключевым событием пермской политической жизни начала 2021 года стала реформа административного аппарата. Произошло объединение администрации губернатора Пермского края и аппарата правительства края. Формально такое объединение – выполнение требования федерального центра о сокращении аппарата чиновников и устранении дублирующих структур. Местная публика рассматривает объединение аппаратов частью общих административных решений, к которым также относится смена главы Перми в конце 2020 года и отставка нескольких одиозных фигур в мэрии. Можно сказать, что предвыборная подготовка в администрации проведена. Новые лица, сокращение госаппарата позволяют формально говорить о стремлении повысить эффективность работы государственных и муниципальных структур.

Ожидается также официальное объявление о том, что губернатор Дмитрий Махонин возглавит региональный список партии «Единая Россия» на предстоящих выборах. Вброс в СМИ предварительной информации не вызвал негативных реакций публики. В целом у губернатора Махонина в крае нет политических оппонентов. Его политическое лицо – амбивалентно. Появление его в качестве кандидата № 1 в списке ожидаемо и соответствует общей традиции. Для публики, традиционно посещающей выборы, такие сигналы привычны, понятны и позволяют лояльным к власти гражданам чётко определиться и со статусом события, и с рекомендуемым властью выбором.

Ситуация с эпидемией Covid-19 утрачивает в региональных СМИ статус главного события новостной ленты. Вакцинация и просто рутина повседневной жизни вытесняют эпидемиологическую опасность на периферию внимания общественности.

В целом ключевые тренды дискуссий в 2021 году создают обыденные жизненные темы – отключения воды, повышение оплаты коммунальных услуг, весенняя распутица и ухудшение состояния дорог, погода и другие сюжеты повседневности.

На фоне восстановления нормальных ритмов жизни территориальных и других сообществ разнообразная активность губернатора, охватывающая как мелкие темы, так и профильные для административного PR сюжеты, выглядит привычной, не будоражит и не беспокоит

Для ситуации парламентских выборов, которые пройдут через полгода, эта ситуация выглядит благополучной. Политической конфронтации, выступлений оппозиции или каких-либо оппонентов губернатору и его администрации вряд ли стоит опасаться. В Перми давно нет политической оппозиции. Неопределённая по стилю и приоритетам, но изобилующая мелкими и конкретными шагами «помощи и поддержки» политическая программа губернатора вряд ли вызовет хоть у кого-то резкие протесты.

 

24 декабря, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2020 года)

В январе 2020 года в Пермском крае произошла смена губернатора. М. Решетников стал министром экономического развития. И. о. губернатора был назначен Д. Махонин. Определяющими факторами деятельности нового главы в 2020 году стали эпидемия COVID-19 и избирательная кампания в сентябре.

Ограниченность опыта публичной политики у Д. Махонина, отсутствие сформированной команды управленцев, необходимость принимать экстренные управленческие решения по эпидемии в условиях недостатка информации определила противоречивый характер политических шагов нового главы региона в 2020 г.

От образа человечного руководителя-гуманиста, заботящегося о здоровье пермяков, медиа-образ Д. Махонина эволюционировал к традиционалистской политической норме губернатора-хозяйственника. Перед выборами в августе образ регионального руководителя стал соответствовать традициям и ожиданиям региональных сообществ. В медиа активно транслировалась его риторика на тему ремонта дорог, презентовали договоренности с промышленными гигантами («ЛУКойл», «Уралхим»/«Уралкалий» и др.), звучали высказывания на социальные темы помощи и заботы широким слоям населения. 

К сожалению, говорить о чётком и гармоничном медийном образе Д. Махонина, как политического лица, в настоящий момент не представляется возможным. 

Эпидемия проявила порочность стратегии прежнего десятилетия в сфере медицины. Политика властей, нацеленная на оптимизацию (сокращение работников) и реорганизацию (закрытие учреждений) в сфере медицины поставила новое руководство в ситуации эпидемии в сложные условия. 

Дополнительным осложнением для Пермского края стал процесс смены губернатора в 2020 году. Реакции властной вертикали на вызовы эпидемии замедлились. Управленческие проблемы проявили себя в организации томографии, в работе служб скорой помощи, в сфере логистики и др. Иногда «окрик» со стороны губернатора помогал, иногда ситуация не менялась. В сознании граждан до сих пор не сформировалось чёткого и ясного понимания, как следует вести себя в условиях эпидемии, если заболел сам или заболели члены семьи. Граждане вынуждены компенсировать сбои работы медицинской системы за счет индивидуальных усилий – оплачивать услуги томографии, анализов, заниматься самолечением и т. п. 

Региональные власти ничего не сделали для согласования двух моделей поведения граждан в условиях эпидемии – частных инициатив и институциональных практик. В итоге ситуация с эпидемией в регионе не внушает оптимизма. Управление процессом со стороны власти слабое. Коллективной паники пока не образовалось из-за слабых социальных связей между гражданами, не способных на естественные консолидации за пределами семейно-родственных отношений.

Ни на уровне губернатора, ни на уровне краевого центра (мэрии) не сформировано четкой медийной политики в отношении вызовов COVID-19. Региональные медиа действуют как эхо федеральных СМИ. Власть продолжает использовать каналы медиакоммуникации согласно пропагандистской модели. 

Ориентиры губернаторской политики на ближайшие годы формулируются преимущественно спонтанно. Тем не менее, в медиа прозвучало несколько перспективных и понятных публике заявлений: о строительстве инфекционной больницы в краевом центре; о завершении некоторых проектов предшествующего губернатора, но с меньшим пафосом; о привлечении в регион инвестиций в сфере туризма и торговли (возобновлены переговоры с компанией «Икеа» об открытии торгового центра; снова реанимируется тема формирование инфраструктуры для внутреннего туризма.

Новым политическим высказыванием можно считать лишь идею с инфекционной больницей, которая расценивается публикой в качестве намека на отказ от использования методов оптимизации и сокращений в сфере медицины. 

По мере ослабления напряженности с эпидемией и началом массовой вакцинации в следующем году хочется ожидать более чётко оформленных и внятных приоритетных проектов, отвечающих на вопрос: «Как будет развиваться регион в третьем десятилетии XXI века?»

Возможно, это поможет новому губернатору выйти из тени в федеральных медиа, где он сейчас совершенно не заметен.

Отсутствие собственной политической команды у нового губернатора затрудняет выход из текущего кризиса. Усилилось влияние лоббистских групп, развернувших масштабную кабинетную борьбу за посты в новом краевом правительстве. Кадровый голод сильнейшим образом проявил себя в ситуации формирования нового правительства. Парадоксально, что пост министра здравоохранения занял человек, который начинал и энергично проводил политику «оптимизации» медицинской сферы всего несколько лет назад. А на пост вице-премьера претендует мэр Перми, который стал олицетворением громкого провала транспортной реформы в городе, да и за все годы работы на посту главы не сумел реализовать ни одного проекта развития мегаполиса. 

Позитивным элементом выступает личная сдержанная позиция Д. Махонина, предотвращающая радикальные и резкие реакции властных структур на нарушения эпидемиологической ситуации. В целом, как человеку, Дмитрию Махонину можно только посочувствовать. Неожиданный карьерный взлёт обернулся требованием проявить себя эффективным кризисным менеджером на фоне отсутствия кадров, плохо функционирующей управленческой вертикали, отсутствия опыта и ограниченности бюджетных средств. Если судить по тому, что ситуация в крае выглядит не сильно отличающейся от других подобных регионов, то вряд ли можно говорить о провале губернатора. Впрочем, и достижений у Пермского края за 2020 год нет.

 

27 августа, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Июль-Август, 2020)

Дмитрий Махонин, назначенный врио губернатора 6 февраля 2020 г. и сменивший, таким образом, М. Решетникова, ушедшего на повышение (ныне – министр экономического развития РФ), с самого начала оказался в сложном положении из-за эпидемии коронавируса. Режим самоизоляции в Пермском крае отменили 5 августа.

Избирательная кампания Д. Махонина фактически началась с момента его назначения. Формальные даты регистрации кандидатов значения не имеют. Д. Махонин до назначения не был публичным политиком. На посту губернатора ему пришлось решать сразу несколько задач: организация борьбы с коронавирусной опасностью, подбор команды, формирование публичного политического лица. С этими задачами он справлялся с разной степенью успешности. Наибольшее внимание он уделил коронавирусной угрозе. 

На протяжении весны, когда основной тренд риторики федеральных властей был также посвящен коронавирусу, активность Д. Махонина выглядела позитивной, направленной на защиту здоровья граждан. Он решительно высказывался, быстро принимал управленческие решения, успешно дополнял риторику федеральных властей собственными выступлениями. Спонтанно стал формироваться образ губернатора, способного ценить людей, их жизнь и здоровье.

Последовали кадровые назначения личных советников из неформатной среды – наиболее яркой фигурой стал Дмитрий Жебелев, учредитель и координатор благотворительного фонда «Дедморозим», что также сыграло в позитив при формировании первых впечатлений о губернаторе (в условиях текущей политической системы приставку «врио» считаю несущественной). 

После выступлений Владимира Путина, решений Сергея Собянина по ослаблению режима самоизоляции в Москве фокусировка Д. Махонина на проблеме коронавируса перестала приносить прежние дивиденды. Летом появились видимые рассогласования риторики и решений Д. Махонина с федеральной повесткой по вопросам экономического развития региона, хозяйственной жизни и даже социальной политики. Эти расхождения не преодолены до сих пор, пока они только усиливались.

У Д. Махонина отсутствует полноценный опыт политической деятельности. Аппаратный опыт предшествующей деятельности сузил круг его потенциальных коммуникаций с людьми, способными занять ключевые посты в формирующейся команде. В его окружении так и не появилось людей, репрезентирующих управленческую компетентность по экономическим вопросам, по вопросам социальной политики. Д. Жебелев представляет благотворительную систему, но не выглядит знатоком образования или особо компетентным специалистом в сфере здравоохранения, не говоря уже о системе социальной поддержки традиционно опекаемых категорий граждан – пенсионеров, семей с детьми и т. д.

Возраст отделяет Д. Махонина от групп влияния и конкретных людей, занимающих ключевые позиции в пермской управленческой среде. Посредники, способные системно и эффективно осуществлять коммуникацию с управленческим сообществом, с бизнес-баронами, с экспертными сообществами, с общественными группами представлены не были. Образа «команды Д. Махонина» в СМИ и в восприятии публики не сформировалось.

Политическая кампания Д. Махонина. Её ключевым слоганом стало «Наше Прикамье – наши традиции». Ему сопутствует портрет зажатого, испуганного человека, который точно не выглядит позитивным лицом будущего. Идея «возврата в прошлое» и опоры на него лишена перспективы для молодого губернатора. Скорее она напоминает камуфляж, который должен замаскировать пустоту проекта «цели и задачи регионального развития». Нет этого проекта, и публике он не представлен.

Кампания сопровождается привычными и дежурными публикациями в СМИ, в социальных сетях. Очень активно используется Инстаграм. В нём присутствуют тёплые, семейные фото, перемежающиеся с фотографиями из служебных поездок. Политическая непонятность героя, отсутствие собственного политического лица делает такие сообщения общим фоном, малозаметным для публики. Известность Д. Махонина в регионе невысока.

К неудачам кампании можно отнести появление информации о причастности губернатора к смене ректора ПГНИУ; попытку начать кампанию в период эпидемии с политическим проектом «согласие всех общественных сил региона» (к счастью, команда политтехнологов, которая придумала чудо-пиара двадцатилетней давности, была уволена); попытку предъявить в качестве перспективы развития городской агломерации идею «наземного метро», когда в метро переименовали старую электричку.

К удачным решениям относится снятие шумного и склочного соперника на выборах губернатора – Репина. Это избавило кампанию от дрязг и новостных выбросов; достаточно быстрое реагирование на темы в медиа-сфере по поводу глупых инициатив и прекращение их PR-продвижения; быстрая реакция на обращения граждан через социальные сети.

В итоге невнятная политическая медиа-кампания, запаздывающая по отношению к шагам федеральной власти в политике «выхода из кризиса», без обозначенных перспектив, с лозунгом, отсылающим в прошлое, с малоизвестным для широких кругов публики врио губернатора, не создаёт особых рисков для ситуации на выборах. Есть все шансы на то, что в день выборов большинство пришедших, увидев в избирательном списке того, кто уже занимает должность губернатора, за него и проголосует. 

Только явка на выборы будет очень и очень низкой.

 

27 мая, 2020 | Национальный Рейтинг Мэров (Апрель-Май, 2020)

Весной 2020 года в Перми началась эпидемия COVID-19. В первые недели ограничений Пермь была одним из лидеров по индексу самоизоляции (версия Яндекса). Вклад мэрии в данный результат был небольшим. Горожане среагировали на поток информации, озвученный в федеральных СМИ. На региональном уровне публичную ответственность за изменения в ритме жизни города и региона принял на себя и. о. губернатора Д. Махонин. Он сразу занял решительную позицию и продемонстрировал, что эпидемия COVID-19 оценивается региональными властями как реальная угроза для людей. Перестройка административной системы под влиянием чрезвычайных обстоятельств была поставлена под прямой губернаторский контроль. Это имело эффект. Горожане услышали месседж федеральной и местной власти и ограничили свою повседневную активность.

Глава города в новой ситуации был практически не заметен. Традиционно Д. Самойлов ведёт себя как управляющий городским хозяйством. Он лишён внятного и чёткого политического лица.  Его образ мэра лишен харизмы.

В начале апреля Д. Самойлов попытался найти новый формат для самопрезентации в условиях эпидемии. В прессе тиражировали его заявления о санитарной обработке улиц города, подъездов домов. Звучали слова о повышенной активности городской службы благоустройства, которая должна воспользоваться ситуацией с уменьшением числа автомобилей и пустыми улицами для решения традиционных задач. Но образ привычного администратора-хозяйственника оказался не приспособленным к новой реальности.

В конце апреля глава города попытался наверстать упущенное. В прямом эфире Instagram он попытался поговорить на тему COVID-19. Его высказывание запоздало. Горожане уже устали от ограничений и самоизоляции. Индекс Яндекс.рейтинга резко понизился (с 4.1. до 2.5.). Мягкие увещевания в адрес горожан, стремление обойти «острые углы» эпидемии – смертность, заражение врачей, сбои в работе эпидемиологических служб, перспективы самоизоляции – не позволили публичному выступлению мэра стать заметным событием для городских жителей. Их заботы, их страхи, их экономические и социальные проблемы исключены из высказываний городской власти. Местная власть в лице главы города не умеет и не готова говорить о сложностях повседневной жизни людей. Роль городских служб в преодолении кризиса для пермяков незаметна. Статус мэрии как центра антикризисных активностей – минимален.

В ситуации «эпидемиологического шторма» мэрия не смогла обрести политического лица. Глава города не смог публично сформулировать, что конкретно будут делать городские службы для эффективного преодоления кризиса. 

Прежний губернатор М. Решетников стремился быть доминирующим ньюсмейкером во всех ситуациях. Новый глава региона Дмитрий Махонин демонстрирует иные пристрастия. Идея «тотального медиа-доминирования» им пока не заявлена. Напротив, несколько раз было обозначено, что руководители, несущие перед населением ответственность за свою работу, должны демонстрировать инициативность в оценке кризисных явлений и своевременно реагировать на изменения ситуации без окрика из администрации губернатора.

Контуры обновленной политической модели региональной власти пока слабо очерчены. Слишком мало прошло времени с момента смены губернатора. Тем не менее, роль городского управляющего, перекладывающего бремя и издержки политически ответственных решений на плечи федеральной власти, которой придерживается Д. Самойлов, выглядит бесперспективной.

 

Февраль 27, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Январь-Февраль, 2020)

Пермский край вступил в новый год с новым губернатором. Политическая реорганизация федерального правительства в январе 2020 года привела к смене главы Пермского региона. Максим Решетников стал министром экономического развития. Нового главу края (до выборов он имеет статус «врио») искали две недели. Им стал Дмитрий Махонин, выдвиженец-бюрократ, делавший до этого карьеру в структурах Федеральной антимонопольной службы. Без сомнения, этот взлет для него, как и для пермских элит, – громадная неожиданность.

Д. Махонин родился, учился и начинал карьеру в структурах УФАС Пермского края. Федеральный центр признал значимость географического происхождения губернатора для политических элит ещё при назначении в 2016 году М. Решетникова. Теперь данный фактор подтверждён назначением Д. Махонина. Отметим, что «почвенничество» стало спецификой пермского политического ландшафта относительно недавно. Различение «своих» и «чужих» в политическом лексиконе региональной элиты укоренилось в эпоху конфликта краевой власти и творческих сообществ в 2008-2012 годах (при губернаторе О. Чиркунове).

Помимо пермских корней, прежнего губернатора и нынешнего главу также объединяют непубличный характер предшествующей карьеры. Личный опыт конкурентной борьбы за депутатские мандаты городской думы или законодательного собрания у них отсутствует.

Первые шаги нового главы края можно охарактеризовать как острожный «зондаж» общественного мнения. Серия PR-акций включала в себя: посещение хоккейного матча местного хоккейного клуба (играет в ВХЛ) вместе с прежним губернатором; поездку на электричке и автобусе; публикацию в Instagram сообщения о плохой уборке улиц Перми от снега; обещание заводу им. Дзержинского вернуть контракт на 400 млн руб. Всё это входит в известный репертуар политической репрезентации. Осенние выборы позволят увидеть политическое лицо Д. Махонина чётче и яснее. Но крайне сомнительно, что каноны «патерналистского стиля» федеральной политики будут нарушены.

 

Ноябрь 28, 2019| Национальный Рейтинг Мэров (Октябрь-Ноябрь, 2019)

Глава Перми Дмитрий Самойлов в осенние месяцы стремился избегать публичности. Такова была его реакция на летнюю критику со стороны губернатора за неэффективное управление городским хозяйством.

В середине ноября Пермь посетил вице-премьер РФ Виталий Мутко. Он ознакомился с тем, как идёт подготовка города к празднованию 300-летия. Высокому чиновнику показывали проекты преобразования центра в культурном кластере «завода Шпагина» и результаты масштабного строительства жилья вкупе с инфраструктурой, но все эти проекты представлял губернатор края Максим Решетников. Глава Перми был абсолютно незаметен для СМИ. Губернатор выступил инициатором и ньюсмейкером проектов преобразования города. Для Дмитрия Самойлова не нашлось в этой презентации заметной публичной роли.

Может показаться, что глава города играет роль завхоза — непубличного управленца городским хозяйством. К сожалению, на фоне активного губернатора такая политическая позиция несёт ряд рисков. Их усиливает неспособность PR-службы городской администрации эффективно конструировать позитивный имидж мэра-хозяйственника «без публичного лица».

В итоге глава города потерял шанс связать свое имя с крупнейшими проектами преобразований в городе Перми. Ему остается роль чиновника, несущего ответственность за проблемы городской жизни. А таковых всегда много. Это и гололедное ЧП 11 ноября, когда ВСЕ тротуары города были покрыты коркой льда, в результате чего, как сообщали СМИ, более 600 человек обратились за медицинской помощью в травмпункты. Это и невнятное начало отопительного сезона. «Копилка» хозяйственных проблем городской жизни постоянно пополняется. А Дмитрий Самойлов медленно и уверенно превращается в фигуру, на которую вышестоящие инстанции списывают проблемы и неудачи локального управления, а горожане привыкают видеть его ответственным за коммунальный или даже природный катаклизм.

В текущей ситуации невысокий рейтинг доверия к Дмитрию Самойлову лишен потенциала роста. Более того, ключевая инициатива городской администрации 2019 года – реализация масштабной транспортной реформы – стимулировала сплочение группы активистов среди депутатов городской думы. Они активно отмежёвываются от инициатив городской администрации по повышению цен на проезд и требуют большей прозрачности в пересмотре правил, регулирующих отношения администрации и городских перевозчиков. Эта активность позитивно резонирует с публичной деятельностью губернатора, представленной в СМИ как «забота о комфортной городской среде». В результате Дмитрий Самойлов испытывает проблемы с политической поддержкой даже в тех коридорах власти, где ранее казалось, что установлен полный контроль, или хотя бы достигнуты прочные договоренности. В случае недовольства горожан транспортными преобразованиями виновный уже назначен, и его должность и фамилия всем понятны…

 

Март 28, 2018| Национальный Рейтинг Мэров (Январь-Март, 2018)

Пермь – это крупный, как раньше бы сказали, промышленный центр на Урале. Глава города не обладает статусом политического лидера, ориентируясь на которого горожане реализуют своё право на политические идентификации. И дело здесь не в личности и политических претензиях конкретного персонажа. Это и требование федерального центра, и результат политического консенсуса достигнутого экономическими игроками, обслуживающими нужды городского хозяйства. Крупные компании, обслуживающие городскую инфраструктуру не заинтересованы в публичных склоках и скандалах, будоражащих публику. Крупные игроки городского рынка договариваются между собой вне публичной политики и в дополнительных посредниках они не заинтересованы.

Дмитрий Иванович Самойлов, с 2014 года руководящий городским хозяйством, хорошо понимает реалии кабинетной политики. Его задача – это расставить кадры на ключевых постах в соответствии с балансом интересов иных властных игроков из края, города или других регионов. В отношениях с краевой властью демонстрировать предельную лояльность. Из собственных публичных презентаций исключить политизированность и конфликтность. По основным своим характеристикам это роль похожа на председателя горисполкома при советской власти. Её ограничения в том, что она регулярно даёт сбои с самостоятельно хозяйствующими субъектами. Компенсацией становится особый стиль руководства – властный и иерархически безапелляционный.

В повседневном управлении Д. Самойлов очень требовательный. Прибывая на работу в 8 часов утра – ждёт такой же самоотверженности от подчиненных. Работников не способных демонстрировать мобилизованность на решение рабочих вопросов без сожаления увольняет. Схожий стиль управления воспроизводится на крупных предприятиях региона.

Роль главы города не предполагает инициации масштабных реформ городской жизни. Тем не менее, в 2016 году в городском укладе были инициированы серьёзные перемены — были введены платные парковки в центре города. Новшество прижилось без особого шума. Администрация Перми грамотно реализовала программу коммерциализации парковок. Умеренная цена, своевременная информация, доступные сервисы по оплате и пауза на расширение зоны коммерческих парковок позволили горожанам приспособиться к новой реальности.

Управленческие решения, которые глава города должен принимать на своем посту, строго дозировано освещаются в местной прессе. Политическая жизнь в городе выглядит спокойной и бесконфликтной. Если бы не политические кампании по выборам губернатора (10 сентября 2017 г.) и президента (18 марта 2018 г.), то могло создаться даже впечатление, что политика в городе умерла. Для горожан такая ситуация выглядит приемлемой. Погруженные в частные заботы, зимой они вспоминают о городских властях лишь после больших снегопадов или из-за чрезвычайных происшествий.

Без сомнения ЧП в пермской школе №127 15 января сильно потрясло горожан. Но в сферу политической ответственности главы города оно не вошло. Местные СМИ быстро квалифицировали событие в качестве «драки на ножах подростков» и тем самым, переложили груз ответственности на институты ответственные за социализацию подрастающего поколения. В этом отличие пермской ситуации от происшествия 21 марта 2018 года в подмосковном Волокаламске. Пермский руководитель оказался освобожден от политической ответственности за события в школе. Тем не менее, данные ЧП показывают область, где политические риски для непубличной стратегии выстраивания политической карьеры Д. Самойлова сохраняют свою актуальность на сегодняшний день.