Ядуха Виктор Михайлович

Виктор Михайлович Журналист, главный редактор портала Primechaniya.ru (Жизнь Севастополя и Крыма)

 

 

 

Комментарии эксперта:

Октябрь 31, 2018 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Сентябрь-Октябрь, 2018)

Парадокс Сергея Аксенова в том, что арест вице-премьера Республики Крым Виталия Нахлупина и трагедия в Керчи не ослабили его, а наоборот, усилили. Нахлупин никогда не был для Аксенова своим человеком, он был квалифицированным донецким чужаком. В последнее время между ними начались трения, связанные с ростом субъектности Нахлупина, рулившего колоссальными деньгами ФЦП. А самое главное – Нахлупин стал формировать свою команду.

Теперь его нет, часть его команды тоже на нарах, и Аксенов осторожно начинает переключать тему ФЦП на другого арестанта – экс-мэра Ялты Андрея Ростенко. Летом Ростенко тоже сидел в московском СИЗО, но Аксенов сумел добиться освобождения старого друга, в очередной раз показав недоброжелателям фигу. И продолжает ее показывать: уголовное дело, по которому проходит Ростенко, не помешало Аксенову сначала сделал его своим советником, а потом ввести в Координационный штаб по Федеральной целевой программе. А Нахлупин – отличный повод сказать дежурные слова о том, что «у нас неприкасаемых нет».

Керчь тоже сработала на Аксенова. Во-первых, этот депрессивный город сейчас начнут заливать деньгами, и Аксенов наверняка использует волну этого позитива. Во-вторых, он грамотно отработал: быстрый речитатив Аксенова заполнял паузы, действовал как седативное средство. Очень важно, что он сразу заговорил о компенсациях, и что деньги пострадавшим были выплачены быстро.

В-третьих, на федеральном уровне Керчь временно оживила угасший «крымский консенсус». Русских объединяет беда. Обедневшие с 2014 года массы, пусть ненадолго, снова обернулись от холодильника к телевизору, испытали острое чувство сопричастности к Крыму. А там в каждом кадре Аксенов.

Еще один интересный кейс — выбросы на заводе «Крымский титан» в Армянске. Ситуация патовая: закроешь завод – город вымрет, не закроешь – город будет травиться, потому что воды нет все это загасить. Люди возмущаются, протестуют, пишут Путину, приходится их пугать, затыкать рты, снимать на республиканском ТВ натужно-позитивные сюжеты. Здесь Аксенов смотрелся откровенно слабо. Но и тут ему помогли внешние обстоятельства. «Крымский титан» — это Фирташ, а Фирташ это геополитика: проблема сразу улетает на уровень выше и претензии к местной власти во многом снимаются. Поэтому рассуждения, что Аксенова вот-вот сместят, кажутся необоснованными. До Кадырова ему, конечно, далеко, но свой особый статус он подтвердил – до следующего форс-мажора.

 

Июль 31, 2017| Национальный Рейтинг Мэров (Июнь-Июль, 2017)

Команда Дмитрия Овсянникова спустя почти год подошла к пониманию, как выстраивать отношения с местными элитами и населением. Коротко это понимание можно выразить формулой: низам уважение – верхам землю и господряды. Если говорить о населении, то Севастополь окружён аурой героического прошлого, поэтому многие здесь чувствуют себя важными и значительными людьми, обладателями некого эксклюзивного права жить лучше, чем они живут. Это очень давняя константа общественного настроения. Экс-губернатор Сергей Меняйло демонстративно не желал с этим считаться, полагая, что ему достаточно заключить пакт с элитами, за что, собственно, и пострадал. Бывший замглавы Минпромторга тоже понял это не сразу, и стал терять кредит доверия. Поворотным пунктом стали публичные слушания по генплану Севастополя: вдруг выяснилось, что земельные участки граждан оказались в охраняемых природных и военных зонах. Такое не понравилось бы жителям любого города, но в Севастополе, где земля является чуть ли не единственным ресурсом, это вызвало грандиозный скандал. Правительство Овсянникова, несмотря на давление федералов и недовольство части Заксобрания, продемонстрировало готовность учитывать замечания тысяч горожан, хотя насколько они окажутся учтены на практике, ещё неясно. Но свободных участков в Севастополе нет, и чтобы развивать его дальше, землю нужно или просить у военных, или отчуждать у частников. Так что проблем здесь будет ещё много. Если говорить об отношениях с элитами, то здесь на момент появления Овсянникова были по меньшей мере две группы влияния, которые можно было условно обозначить как «застройщики» и «Чалый». К первой группе можно отнести и старые севастопольские мафии 90-х, чьи бизнес-интересы так или иначе сосредоточены в сфере недвижимости; и семью экс-полпреда в КФО Белавенцева, также тяготеющую к этой сфере; и даже «семью» экс-президента Украины Януковича, чьи бывшие чиновники занимаются строительным бизнесом; и непосредственно крупных по местным меркам девелоперов. Ко второй группе – всех тех, кто в Севастополе исповедует проектное мышление и идеализм. Овсянников сначала качнулся в сторону условного Чалого, с которым враждовал его предшественник Меняйло, потом в сторону девелоперов, теперь он балансирует между насущными запросами крупных застройщиков и идеализмом общественников. При этом, фактически, девелоперы делают в городе всё, что хотят. Горожане же хотят иметь общественные пространства: в Севастополе негде гулять пешком. Кроме того, в городе есть мощный запрос на универсальные правила игры, одинаковые для всех. Пока они разные: для богатых застройщиков — одни, для тех, кто победней, — другие, для рядовых жителей — третьи. Горожанам не хватает элементарной справедливости. Здесь у Овсянникова не всё хорошо. На исход губернаторских выборов это не повлияет: федеральный центр предпринял максимум усилий, чтобы сделать их безальтернативными. Во-первых, это муниципальный фильтр. Во-вторых, техничная нейтрализация соперников. Тут можно выделить два знаковых события. Первое – назначение главой Корпорации развития Севастополя политика и предпринимателя Олега Николаева, чьего выдвижения в губернаторы ожидали в городе многие. Николаев сыграл важную роль в смещении Меняйло и, насколько мне известно, предложение возглавить Корпорацию поступило ему не только на местном уровне. Второе событие – отказ партии «Родина» от выдвижения в губернаторы опытного украинского популиста Вадима Колесниченко. Как бы там ни было, для Овсянникова это некий акт расчистки предвыборного поля. Эффективность Дмитрия Овсянникова пока находится в прямой зависимости от поддержки федерального центра – и политической, и экономической, хотя осваивать деньги по ФЦП город не успевает. Собственных ресурсов он в Севастополе пока не накопил.