Скурлатов Игорь Валерьевич

Партнер Национального фонда содействия устойчивому развитию регионов, писатель, публицист. Глава Гражданской коалиции «Третья Сила»

 

 

Комментарии эксперта:

30 июня, 2021 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Май-Июнь, 2021)

Ключевым элементом реформы системы управления госвласти в России стал переход от модели «избираемого губернатора-мэра» к модели «сити-менеджера» и «назначаемого главы субъекта Федерации». По замыслу авторов реформы, такой переход должен был встроить местную власть в «вертикаль»  и привести к более эффективному управлению. Однако этого не произошло — губернаторы лишились автономии (за исключением разве что Кадырова и Шаймиева), стали вместе с подчиненными мэрами больше экономить на образовании, здравоохранении и ЖКХ, а эффективнее так и не стали.

В предвыборный год  «назначенцам» была поставлена задача эффективного сопровождения кандидатов в новый парламент. Второй задачей являлось нивелирование экономических и социально-психологических последствий пандемии с выполнением бюджетов, предусматривающих социальные выплаты особо нуждающимся категориям граждан, которые были определены в Заявлениях Президента в прошлом и текущем году. Остальные задачи распределены по приоритетности в зависимости от региона (до 30 параметров, разработанных в УВП АП). 

Система KPI  в этой связи является универсальным инструментом рейтингования мэров, наряду с другими чиновниками.

Однако в российском контексте все осложняется тем, что местное самоуправление не является в полной степени независимым, а все его реформы, начиная с 2003 года, были направлены на встраивание местной  власти в единую вертикаль.  Эффективность губернаторов регулируется в «ручном» режиме. Для ЕС основными критериями эффективности руководителей регионов являются экология и решение всех вопросов через призму чистоты воздуха, а именно продвижение электромобилей, утилизация отходов, циркулярная экономика, климатическая нейтральность, исключение любого вреда лесам и водным пространствам.

Вторые KPI по значимости – это высокое качество жизни и удовлетворенность жителей, достигаемые за счет цифровизации, качественных государственных услуг жителям и бизнесу, создания новых бизнес-возможностей без вреда для экологии, так как экономической рост, осуществляющийся с существенным вредом для окружающий среды, в конечном итоге снижает продолжительность жизни, девальвируя не только эффективность работы чиновников и экономические показатели, но и саму ценность жизни с учетом пандемии. Поэтому российские KPI требуют переформатирования в соответствии с мировыми тенденциями, чем и занимаются тематические группы разработчиков. Наиболее продвинутые разработки коэффициентов применяются в Москве, Казани. При этом главным параметром KPI остается формирование и поддержание высокого уровня доверия власти в целом.   

 

KPI не могут быть исчерпывающим показателем успешности того или иного управленца. Часто работа исключительно на KPI приводит к тому, что чиновники бьются за параметры, не получая результат. Так, мэр Москвы Сергей Собянин выполняет практически все KPI, однако жители столицы продолжают жаловаться на городскую власть. Почему? Потому что властям и мэру Собянину следует научиться у политтехнологов умению «вести себя с народом», стать «своим». Как-то успешно делал бывший мэр Лужков. И рамках этого «нового поведения» не чураться постоянно рекламировать и выделять средства малоимущим, а также усилить обратную связь с населением через НКО  и напрямую через СМИ и личные встречи с электоратом, чего  у мэра столицы попросту нет.

В Москве тем не менее уровень цифровизации и доступности услуг для населения достиг значительного прогресс, опередив по указанным параметрам такие агломерации как Шанхай и Лондон. А если усилить кадровый состав ДИТ и навести порядок с целевым расходованием средств в департаментах мэрии, то «картинка» станет еще более привлекательнее. Кадры – залог эффективности любой структуры. И мэру следует обратить на это особое внимание.

 

24 мая, 2021 | Национальный Рейтинг Мэров (Апрель-Май, 2021)

Ключевым элементом реформы системы управления муниципалитетами в России стал переход от модели «избираемого мэра» к модели «сити-менеджера» и «назначаемого мэра». По замыслу авторов реформы, такой переход должен был встроить муниципалитеты в вертикаль власти и привести к более эффективному управлению ими. Однако этого не произошло — муниципалитеты лишились автономии, стали больше экономить на образовании, здравоохранении и ЖКХ, а эффективнее так и не стали.

Итогом реформы системы управления муниципалитетами в России стало то, что к 2018 году модель «избираемого мэра» была фактически вытеснена из городских округов и городских округов с внутригородским делением, а в муниципальных районах доля данной модели не превышала 20% от общего количества муниципальных образований. При этом наибольшее распространение получила модель «назначаемого мэра», которая постепенно заменяла и модель «избираемого мэра», и модель «сити-менеджера».

В предвыборный год «назначаемым» мэрам была поставлена задача эффективного сопровождения кандидатов в новый парламент. Второй задачей являлось нивелирование экономических и социально-психологических последствий пандемии с выполнением бюджетов, предусматривающих социальные выплаты особо нуждающимся категориям граждан, которые были определены в Заявлениях Президента в прошлом и текущем году. Остальные задачи распределены по приоритетности в зависимости от региона (до 30 параметров, разработанных в УВП АП).

Система KPI в этой связи является универсальным инструментом рейтингования мэров, наряду с другими чиновниками.

Однако в российском контексте все осложняется тем, что местное самоуправление не является в полной степени независимым, а все его реформы начиная с 2003 года были направлены на встраивание муниципальной власти в единую вертикаль. Эффективность мэров регулируется в «ручном» режиме. И увольнение владивостокского мэра Гуменюка по требованию местного постпреда президента Трутнева – яркий тому пример. Для ЕС основными критериями эффективности руководителей регионов являются экология и решение всех вопросов через призму чистоты воздуха, а именно продвижение электромобилей, утилизация отходов, циркулярная экономика, климатическая нейтральность, исключение любого вреда лесам и водным пространствам.

Вторые KPI по значимости – это высокое качество жизни и удовлетворенность жителей, достигаемые за счет цифровизации, качественных государственных услуг жителям и бизнесу, создания новых бизнес-возможностей без вреда для экологии, так как экономической рост, осуществляющийся с существенным вредом для окружающий среды, в конечном итоге снижает продолжительность жизни, девальвируя не только эффективность работы чиновников и экономические показатели, но и саму ценность жизни с учетом пандемии. Поэтому российские KPI требуют переформатирования в соответствии с мировыми тенденциями, чем и занимаются тематические группы разработчиков. Наиболее продвинутые разработки коэффициентов применяются в Москве, Казани. Очень перспективна «Тульская инициатива» Груздева, которая помимо анализа лучших градостроительных практик мира, предлагает ввести в масштабах страны систему индикативных показателей муниципального управления — некий аналог известной в бизнесе системы ключевых показателей эффективности (KPI). Предлагается устроить некое заочное соревнование разных городов. Результаты такого рейтинга должны становиться основанием для финансирования из федерального бюджета, и, конечно же, инвестиционным магнитом. При этом главным параметром KPI остается формирование и поддержание высокого уровня доверия власти в целом. KPI не могут быть исчерпывающим показателем успешности того или иного управленца. Часто работа исключительно на KPI приводит к тому, что чиновники бьются за параметры, не получая результат. Так, мэр Москвы Сергей Собянин выполняет практически все KPI, однако жители столицы продолжают жаловаться на городскую власть. Почему? Потому что властям и мэру Собянину следует научиться у политтехнологов умению «вести себя с народом», стать «своим». Как успешно делал бывший мэр Лужков. И рамках этого «нового поведения» не чураться постоянно рекламировать и выделять средства малоимущим, а также усилить обратную связь с населением через НКО и напрямую через СМИ и личные встречи с электоратом, чего у мэра столицы попросту нет.

В Москве тем не менее уровень цифровизации и доступности услуг для населения достиг значительного прогресса, опередив по указанным параметрам такие города как Шанхай и Лондон. А если усилить кадровый состав ДИТ и навести порядок с целевым расходованием средств в департаментах мэрии, то «картинка» станет еще более привлекательнее. Кадры – залог эффективности любой структуры. И мэру следует обратить на это особое внимание.