Асафов Александр Николаевич

Политолог, журналист, политический эксперт. Автор проекта «Политические и электоральные процессы простыми словами».

 

 

Комментарии эксперта:

30 июня, 2021 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Май-Июнь, 2021)

Словосочетание «новая реальность», в некоторых трактовках даже «новая нормальность», переходит из разряда теоретических допущений, связанных и с нашей жизнью, и с жизнью регионов, которыми управляют губернаторы в настоящую практическую реальность.

В этот относительно политически-спокойный период губернаторам серьёзно приходится работать в связи с новыми вызовами по старой проблематике. По резкому, если не сказать «взрывному», его ещё называют критическим, росту заболеваемости коронавирусом. Это касается всех регионов без исключения. Перед всеми губернаторами, как определено в давнем указе президента России, стоит задача оперативно принимать решения и минимизировать распространение новой коронавирусной инфекции, включая новые более опасные штаммы, и приложить ещё более серьёзные усилия для защиты людей, обеспечив вакцинацию.

Мы видим, что пока разные руководители регионов по-разному это понимают. И, изначально негативно встреченный и прессой, и экспертами, посыл руководителя Якутии – обязательная вакцинация ряда групп населения – сейчас уже воспринимается достаточно обыденно, поскольку ряд регионов вслед за Москвой, основываясь на решении санитарных врачей и Роспотребнадзора, в рамках этого самого указа приняли решение об обязательной вакцинации отдельных профессиональных групп. Эти меры различаются по форме, но в целом вектор понятен. Задача очень простая – победить пессимизм общества и серьёзно увеличить интенсивность вакцинации широко профессионально востребованных групп населения, для того, чтобы сформировать коллективный иммунитет и остановить распространение коронавируса. Существуют и другие «традиционные» вызовы в ряде регионов, связанные с природными условиями, с пожарами, несмотря на экономические вызовы, которые стоят перед всей страной, включая безработицу, и несмотря на плотную работу в рамках подготовки к выборам, проведения избирательной кампании – более 50 губернаторов возглавили региональные списки Единой России. Несмотря на всё это, основной вызов делится на два направления: соблюдение и введение новых ограничительных санитарных мер, и увеличение количества вакцинированных граждан.

Поэтому те экспертные прогнозы, которые ещё недавно публиковались: списки, в которых фигурировали главы регионов — Сипягин, Дягтярев, Коновалов, Усс и ряд других руководителей, которые обсуждаются в контексте неэффективности управления, неготовность 9 губернаторов к собственным выборам, которые пройдут в сентябре – это всё сейчас отошло на второй план. На первом плане основной вызов – борьба с распространением новой коронавирусной инфекции, новым так называемым дельта-штаммом.

Тем не менее, отношение к вакцинации никак не связано с доверием к власти. Отношение к вакцинации связано с представлениями общества, которые местами похожи на средневековые. В эту благодатную почву падают истории про абортивные материалы в вакцинах, про чипирование и вышки 5G. К сожалению, это все о нашем обществе его сознательности и осознанности. Мы подвержены идеям «нового Средневековья» из-за инфантильности и несознательности общества, доверия конспирологическим экспертам, которые несут эти идеи в массы. Этим, безусловно, пользуется политическая оппозиция, например, в лице КПРФ. Депутаты КПРФ одновременно критикуют власть за провал пропаганды вакцинации и за то, что власть рекомендует определённым профессиональным категориям лиц пройти вакцинацию. Это легко умещается в одной и той же голове их руководителя Геннадия Зюганова, который и начал эту тему, потому что он популист, что уж говорить о депутатах с политическим весом поменьше.

Благодаря ряду персонажей, которых показывали по федеральным каналам телевидения, плодятся и множатся сомнения. Это вопрос психологического отношения, а вовсе не проявления недоверия к конкретным должностным лицам регионов, поскольку недоверие к вакцинации, антиваксерское «движение» присутствует и в других странах и не является нашей спецификой. Рейтинги доверия к власти, персоналиями и партиям в этих странах другие, однако именно там проходят масштабные митинги и протесты коронавирусной тематики.

 

Мэр Москвы сейчас не следит за своим рейтингом, он полностью погружён в решение основной задачи – как можно скорее достичь коллективного иммунитета через повышение количества вакцинируемых. Безусловно, это влияет на его рейтинг, поскольку высказываются разного рода экспертные оценки о том, что введение подобных мер, например, незаконно, хотя это совершенно законно – есть уже комментарии и от профильных, и от обычных юристов о том, что все действия законны и основаны на указе президента РФ, полномочиях санитарного врача и Роспотребнадзора. На плечах городской власти – контроль за соблюдением мер и обеспечение необходимых действий для вакцинации этих групп лиц.

Экспертное сообщество наиболее критично настроенных к московской власти комментаторов считает, что существует явное противоречие позиции президента. В этом обвиняли и руководителя Якутии: мол, президент сказал, что обязательной вакцинации не будет. Здесь тоже нет противоречия действительности, поскольку у нас есть и реакция Дмитрия Пескова, и реакция президента. И это не является принудительной тотальной вакцинацией, это методы для того, чтобы остановить распространение инфекции и обезопасить людей, которые работают с населением – сфера торговли, здравоохранения, госслужба, муниципальная служба. Это вполне здравое решение. Тем не менее, очевидно, что эти меры скажутся на рейтинге Собянина, но его задача – гораздо более приоритетная – спасение жизней и недопущение критической нагрузки на систему здравоохранения, подобной той, что мы могли наблюдать в первую волну коронавируса в Италии, где это закончилось массовыми смертями.

Не думаю, что для мэра приоритетно, в какую сторону движется его личный рейтинг, он озабочен гораздо более важным вещами, и совершенно правильно. Взрывной рост заболевших в июне – выше всех показателей за всю пандемию по Москве. Контагиозность и последствия нового штамма, как говорят специалисты, значительно выше. У нас есть сведения от московской медицины о количестве людей, находящихся сейчас на ИВЛ, и госпитализированных в тяжёлом состоянии. Они несоизмеримо важнее, чем беспокойство о популярности или непопулярности. Задача – спасти людей, и мэр идёт по правильному треку, который потом становится общим, как и в первые волны, поскольку и московская область, и ряд других регионов, вводят точно такие же меры по вакцинации профессиональных групп населения.

 

24 мая, 2021 | Национальный Рейтинг Мэров (Апрель-Май, 2021)

Есть такое общее заблуждение, что для мэров – руководителей городов-миллионников и городов поменьше – появляются какие-то особые направления работы, которые отнимают огромное количество сил, поскольку связаны с решением политических вопросов.

Начинают рассуждать о торговле мандатами, о распределении политических сил по округам, но всё это не относится к компетенциям градоначальника.

Это большая экспертная иллюзия. Их вызовы – обеспечение функционирования городов, несмотря на проблемы: где-то это проблемы бюджетирования, где-то – угрозы по коронавирусной инфекции. Посмотрите на Питер: там часть коек крупных госпиталей размораживают, видимо, ситуация не очень позитивна в динамике. Есть разные проблемы, их нельзя обобщить, только если по крупным направлениям: восстановление экономики, увеличение показателей по вакцинации для достижения коллективного иммунитета. Можно отдельно сказать про проведение крупных всероссийских мероприятий, связанных с Днём победы, но со всем справились, рисков никаких не создано, всё прошло очень хорошо.

Если брать выборы в общем, то это обеспечение транспарентности, в первую очередь кампании и потом проведения. Судя по предпосылкам, в своих рекомендациях ЦИК будет настаивать на создании штабов наблюдения и тотального видеонаблюдения на выборах в Госдуму. Учитывая московский опыт, все участки должны быть с круглосуточным видеонаблюдением. Вот это, наверное, создаст определённые сложности для мэров, потому что это серьёзная организационная работа. Это основное.

Для мэра Москвы, как и для руководителей других крупных городов, прежние вызовы очевидны: переход к нормальному функционированию городов в постпандемийный период, обеспечение вакцинации, поскольку ситуация с распространением коронавирусной инфекции остаётся достаточно непростой, и восстановление экономики до докоронавирусных позиций. Это основные направления плюс стандартная подготовка к летнему сезону и принятие решений в плоскости градостроения.

Москва оживает значительно быстрее, чем другие города. Мы видим предложения по расширению бюджетной политики, поскольку экономика оживает даже быстрее, чем это планировалось ранее. Мэр внёс предложение в Мосгордуму по увеличению бюджета, поскольку и субсидии для бедных, и другие направления дают основания говорить, что экономика восстанавливается.

Конечно, большой проблемой остаётся ещё невозможность проведения масштабных массовых мероприятий, связанных с городскими делами, праздниками, запланированными заранее. Но это очевидная реальность из-за коронавирусной инфекции и не очень высоких темпов вакцинации, хотя в Москве они значительно выше, чем в других регионах. Ситуация остаётся стабильной с тенденцией на улучшение, просто нужно приложить больше усилий для обеспечения коллективного иммунитета. И есть очевидные проблемы экономического характера, например, связанные с дефицитом трудовой силы. Об этом тоже говорят, ищут пути решения, замену уехавшим трудовым мигрантам, но в целом тренды позитивны.

Политические вызовы тоже прежние: это подготовка к проведению кампании выборов в государственную думу. Судя по публикациям, мэр возглавит список партии Единая Россия, соответственно в ближайшее время, до съезда (он назначен на 19 июня), ему надо будет проявить активность, связанную с выборами, думаю, мы это увидим.

Инициативы, запущенные ранее, в политической плоскости это электронное голосование, тест которого прошёл успешно, и ряд других московских инноваций показывают, что с вопросами проведения кампании никаких проблем не будет.

Выделить какие-то проблемные точки сложно, поскольку в Москве по всем направлениям – по вакцинации, экономике, и торговле – наблюдаются серьёзные успехи. Кстати, Москва вошла в рейтинги по инвестиционной привлекательности и по ряду других направлений, даже ресторанные критики Мишлен приходят в Москву. С какими вызовами предстоит столкнуться летом, и как динамика вакцинации будет наращиваться – это важно. Но думаю, и политические события, и другие направления серьёзных сложностей не создадут.

 

29 апреля, 2021 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Март-Апрель, 2021)

Послание президента Федеральному собранию уже влияет на деятельность губернаторского корпуса. Многие KPI для глав субъектов РФ пока не жёстко формализованы, но часть из них определена.

Начнём с того, что президентом была озвучена очень важная инициатива по работе с долгами регионов. Присутствующие на послании, которые находились рядом с губернаторами, говорят, что те вздохнули с облегчением –  в прямом смысле. Это не фигура речи, а реальная серьёзная помощь регионам. Последующие заявления по посланиям и премьера Михаила Мишустина, и главы Минфина Антона Силуанова, говорят о следующих вещах. Во-первых, на все озвученные социальные инициативы (они будут в приоритете) деньги есть и будут выделены в кратчайшие сроки. Последующее заявление Михаила Мишустина можно трактовать так, что это задача не на год.

Мы жили в логике, когда обращением к Федеральному собранию и другими обращениями президента обозначаются планы для глав регионов на годовой цикл. Сейчас этот цикл короче, все эти инновации нужно провести в сжатые сроки. Для этого есть ресурсы и полномочия, прочерчены чёткие направления, определены группы, которым в первую очередь должна быть адресована помощь, и определены цели и задачи в рамках национальных целей и национальных проектов. То есть логика дальнейших действий губернаторов очевидна. Те, кто не сможет встроиться в этот темп и пройти по выполнению этих задач – по ним будут сделаны выводы. Поскольку выполнение поставленных задач начинается уже сейчас, выводы могут быть сделаны гораздо раньше, чем выступление осенью, окончание годового цикла и так далее.

Отдельным вопросом, поскольку это не было упомянуто в послании детально, остаётся участие губернаторов в кофедеральной избирательной кампании в Госдуму. В 11 регионах проходят губернаторские, а в части ещё и местные выборы. Это тоже очень важно, политические задачи у губернаторов тоже есть. И то, что часть губернаторов возглавит партийные списки Единой России – говорят о цифре 50, но я думаю, что она будет больше. Это и помощь в проведении, помощь в наблюдении, обеспечении прозрачности, чистоты и соблюдения законности всех электоральных процедур. Это тоже задача этого года. Объяснение региональной власти, что «я занимался организацией социальной помощи, поэтому меньше внимания уделял подготовке к выборам в Госдуму» или наоборот – «я сосредоточился на обеспечении кампании голосования в Госдуму и поэтому часть социальных направлений провисла» — такие объяснения не будут восприняты, за ними совершенно точно последуют управленческие решения.

Отдельно стоит упомянуть инициативу по газу. Этот проект много лет находится в повестке и вызывает вопросы и по центральному федеральному округу, и по другим округам. Теперь инициатива в руках президента, и обеспечение полной газификации регионов – важнейшая задача, которая для губернаторов является одновременно и помощью, и вызовом, потому что задача серьёзная.

Безусловно, губернаторы входят в новый для себя период. Он ещё более жёсткий, чем предыдущий, поскольку он короче, полномочий больше, заданных направлений работы больше. А времени, а также возможности на какую-то дополнительную самодеятельность, например, усилий для популярности собственного образа, уже нет. Все всему были должны научиться: инструментам прямой коммуникации с жителями, созданию эффективных механизмов оказания социальной помощи группам населения, другим направлениям. Поэтому времени у них не очень много, выводы они должны делать быстро и брать успешный опыт регионов, где часть этих задач уже решена – такие тоже есть.

Отдельной строкой, конечно, остаётся коронавирус. Губернаторам надо и уследить за ситуацией по заболеваемости, и обеспечить коллективный иммунитет, популяризируя вакцинацию насколько это возможно. Эту проблему надо решать всем вместе и оперативно, чтобы вытянуть те показатели, которые заявлены.

 

В Москве во многом уже реализованы направления, цели и задачи, которые были озвучены президентом в послании к федеральному собранию. Это и пакеты помощи бизнесу – в российской столице таких пакетов было как минимум пять, а также другие вспомогательные особые условия, которые помогают бизнесу. Это действует, это востребовано, люди пользуются. Инновации социальной помощи, такие как помощь безработным, тоже в Москве давно реализованы и не требуют новых корректировок. Учитывая социальную направленность бюджета города Москвы, многие направления уже выполнены и закрыты.

По вакцинации – думаю, стабильного коллективного иммунитета Москва достигнет быстрее всех. Очень много усилий на это направлено. Водятся инновации, например, программа стимулирования вакцинации для людей старше 60 лет, которое предложено бизнес-сообществом через Московскую Торгово-промышленную Палату. Это поможет выработке коллективного иммунитета у самой незащищённой в этом смысле группы людей – людей старшего поколения. И много подобных инициатив, которые реализованы, реализуются и запланированы. Они должны как успешный опыт перейти на другие регионы для того, чтобы коллективно по всей стране закрыть задачи по предотвращению эпидемии.

Есть и проблемы, как и во всех регионах. Начинается подготовка к кампании выборов в Госдуму.

Но приоритеты работы Собянина можно отслеживать по его блогу, где он часто пишет о своей деятельности. Вот сейчас он сконцентрирован на городском развитии, вакцинации, открытии новых объектов транспортной инфраструктуры – это и метро, и другие вещи. Он занимается своей работой, сталкиваясь с новыми вызовами времени.

Напомню, что в прошлом году, хоть президент и сказал, что Москва не должна прибедняться, но она вышла на рынок заимствований. И колоссальные усилия тратятся на поддержку малого и среднего предпринимательства, бизнеса в целом, чтобы экономика как можно быстрее вышла на доковидный уровень, и её рост стал более стабильным.

Можно находить какие-то проблемные точки, но в целом очевидно, что Москва достаточно успешно справляется и идёт в логике национальных целей и национальных проектов, именно так, как об этом говорит президент.

Что касается политических вызовов, многие губернаторы считают, что выборы в Госдуму – это политическая задача для них, особенно для тех, кто возглавляет список Единой России. Вероятнее всего партия примет решение обратиться к Собянину для того, чтобы он возглавил список. Тем не менее в Москве задача обеспечения выборов имеет практические обстоятельства. Москва отличается и стандартом наблюдения – тотальное наблюдение за всеми участками: и видеонаблюдение, и работа общественного штаба по наблюдению за выборами. Я был на заседании в ЦИКе, видел общение Эллы Панфиловой со специалистами политических профессий. Она сказала, что московский опыт – общественный штаб по контролю и наблюдению за выборами и тотальное видеонаблюдение – будет рекомендован ЦИКом для реализации во всех регионах при проведении думских выборов.

Есть и критика, но найти какие-то серьёзные нерешённые проблемы, которые ставят под угрозу здоровье населения, или экономику, или другие аспекты городской жизни в Москве очень сложно. Москва является локомотивом, который оперативно делится своим опытом с регионами, помогает им, и они эту помощь принимают.

Проведение выборов не является в широком смысле политической задачей ни для партий, ни для Единой России, для городской власти это вопрос обеспечения чистоты и законности выборов, недопущения нарушений, устранения провокаций и создания фейковых недостоверных историй. А политические вызовы, которые обсуждают в экспертном сообществе и в прессе, тоже решены, потому что оппозиция, которая потеряла собственную повестку, не смогла собрать сколько-нибудь значимое количество участников, даже сравнительно с недавними протестами на улицах. Опять же не было провокаций, поэтому никого не задерживали. В этом смысле можно сравнить с Санкт-Петербургом по количеству задержанных: в Москве чуть больше двадцати, в Питере – несколько сотен. Хотя обычно жёстких действий ждут от московских правоохранителей, тут получилось наоборот, потому что не было масштабных провокаций, которые были в другое время, обошлось без нападений на машины, без калечения протестующими людей, как на январских митингах. Поэтому политическим вызовом это, по крайней мере, пока не является. Действуют коронавирусные ограничения, они рано или поздно будут отменены, возможно в ближайшее время, и такой политический вызов может в Москву прийти, но пока это не вызывает энтузиазма у горожан.

 

25 февраля, 2021 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Январь-Февраль, 2021)

В новом году губернаторы получили бонус в виде двух десятков новых KPI. К прежним критериям эффективности, введённым в 2019 году, главы регионов достаточно долго привыкали. Многие из них сошли с дистанции, после выборов в 2020 году пришли новые руководители… Все эти 15 пунктов сработали: уже очевидно, зачем, как выполняется, как соблюдается.

Что касается 20 новых показателей – безусловно, требования к губернаторам, к высшим должностным позициям были скорректированы в сторону реальности, в том числе и обстоятельств-2020. Это и число волонтёров, и, казалось бы, непонятный фактор – посещение культурных мероприятий. На самом деле все они многомерны, поскольку по объёму посещений культурных мероприятий можно понять, какая ситуация, сравнивая с другими факторами, с тем же коронавирусом.

Фактор социального самочувствия: с учётом специфики регионов понятно, что на Камчатке он меньше, чем в Москве, но если этот показатель маленький, то значит сложная ситуация с коронавирусом, а также провален второй пункт – рост доходов населения. Значит, у людей нет денег, нет возможностей посещать культурные мероприятия, и их социальное самочувствие не очень хорошее.

Я бы отдельно выделил критерий «цифровая зрелость органов исполнительной власти», который часто неверно трактуется. Это не про коммуникацию с обществом через цифровую среду – Фейсбук, Инстаграм и другие элементы прямого общения. Цифровая зрелость органов исполнительной власти обозначает не только использование этих способов коммуникации, но и использование программных аналитических решений, которые для них разработаны, об их существовании известно. Это и ЦУРы региональные, и ряд других автоматизированных сфер и продуктов наряду с существующими и понятными продуктами типа «Медиалогии» и прочими аналитическими инструментами.

Зачем это нужно? Во-первых, это кратно повышает понимание ситуации, улучшает качество мониторинга, это приводит к более оперативному и качественному принятию решений. А во-вторых, это шаг в сторону цифровизации.

Многие новые пункты учитывают преодоление коронавируса. Косвенно, но во все критерии, которые появились в коронавирусную эпоху, такие, как уже упомянутые волонтёры, количество коечного фонда, количество заболевших и выздоровевших и самое важное – количество вакцинированных – в эти показатели зашиты сразу несколько смыслов, это сводные либо показатели-мультипликаторы.

В целом эти 20 пунктов закрывают все направления действий высшего должностного лица, руководителя региона. И он, глядя на эти пункты, весь свой фронт работы видит.

Важно, что это не инструмент немедленной оценки, а инструмент наблюдения работы в динамике для улучшения, развития, исправления ошибок. Для всех это история новая, у всех будет время исправить ошибки и недочёты. Хотя, конечно, кто-то не справится.

 

Январь и февраль 2021 года можно разделить на события политические и те, что связаны с ситуацией вокруг коронавируса.

2021 год, очевидно, будет не проще, чем минувший 2020-й, хотя хотелось бы пройти его без таких внезапных событий: коронавирус, который свалился на весь мир, а для России ещё и проведение внеурочного голосования по изменению Конституции.

Январь и февраль 2021 года окрашены новыми событиями федерального значения, не имеющими отношения к Москве как к региону, более того, в них задействована не только Москва, но и соседние регионы, но кульминация событий, в силу специфики столицы, пришлась на Москву. Это возвращение Навального после лечения в клинике Шарите и последовавшие правовые действия и протестные события.

В политическом смысле любые несанкционированные акции и правильная на них реакция – это вызов для любого руководителя региона. С этой ситуацией пытался справиться хабаровский губернатор Дегтярёв, и получилось, мягко говоря, не очень эффективно – ситуация не решена до сих пор. Наверное, она и не могла быть решена, и мы к нему не очень справедливы. Однако ряд его заявлений и действий работали не на урегулирование ситуации, а на придание ей новых импульсов. Это и отказ разговаривать с представителями, и наем охраны, и ряд не очень логичных решений ещё с 2020 года, когда он только пришёл в регион в качестве врио.

Что касается Москвы, то политические вызовы на федеральном фоне поставили определённые задачи перед городской властью, но она с ними справилась. Судя по действиям самой оппозиции – достаточно эффективно, не увеличивая напряжение граждан. По итогам этих мероприятий оппозиция сама решила и заявила о прекращении протестов до наступления тёплого времени года по следующим причинам: отсутствие единой политической повестки, включая требования, потому что разношёрстные группы вышли с разными требованиями, пониманием и лозунгами; отсутствие лидера, поскольку Навальный создал вокруг себя структуру с людьми с отрицательной харизмой и отрицательной управленческой компетенцией, и они в отсутствие своего директора с протестом не справились – они не знают, как с ним работать. Навальный сознательно выстраивал лидерство в организации, но у неё есть вот такой дефект, отсутствие политической повестки, кроме популистской, привело к остановке протеста самими же менеджерами протеста.

Это – основные причины. Что касается действий городского руководства, то они могли быть иными. Мы могли увидеть, условно, белорусский сценарий, мы могли увидеть события, которые в это же время происходили в ряде других регионов, где было противодействие – Владивосток и пр. Достаточно круто вели себя силовики, несмотря на колоссальное международное и оппозиционное давление. Я имею в виду публикацию персональных данных о семьях, детях. Несмотря на это, урегулирование волнений прошло в рамках закона, без нарушений прав человека, о чём потом сказали даже члены ОНК. Были эксцессы, перегибы при перевозке их в спеццентр, переполнение камер в первые сутки, но это ситуация не экстремальная, тем более, что всё оперативно разрешено. Более того, по тем сотрудникам правоохранительных органов, которые превысили свои полномочия, идут проверки, расследования, и для них будут кадровые и правовые последствия.

Я считаю, что с проявлениями гражданского общества в виде несанкционированных мероприятий городская власть справилась достаточно эффективно.

Что касается вызовов, связанных с коронавирусом, Москва осталась впереди других регионов. Ряд решений, принятых перед Новым годом, позволили избежать роста и нового пика и даже перейти к снятию ограничений. В Израиле, например, – самое большое количество вакцинированных и одни из самых жёстких в мире правил чуть ли не нового локдауна. В Британии – новый локдаун, в ряде земель Германии – новый локдаун, более того, в Дрездене организован спецлагерь для многократных нарушителей антикоронавирусных мер, который можно сравнить с нашей колонией.

На этом фоне в Москве ограничения снимаются: вышли студенты, театры и кинотеатры – до 50% посещаемость. Всё это благодаря хорошо рассчитанной тактике борьбы с дальнейшим распространением коронавируса, которая включает в себя и вакцинацию. Москва здесь опережает регионы, она лучше подготовилась. Это и своевременное открытие производств вакцины, и налаженная логистика по пунктам вакцинирования, включая такие пункты, как площадка в ГУМе, в театре на Таганке, в ряде торговых центров, а не только в местах традиционных – больничных кабинетах, поликлиниках. Хотя и по поликлиникам результат отличается от результата по стране.

Мы видим эффективную систему здравоохранения, большой запас коечного фонда, которого нет, например, в Санкт-Петербурге, где не столь позитивная ситуация с коронавирусом. При дефицитном бюджете Москве пришлось выйти на рынок заимствований – несмотря на это, здравоохранение и социальная сфера полностью обеспечены необходимыми финансами. Это тоже стоит записать в заслугу управления городом московского руководства.

 

24 декабря, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2020 года)

Этот год был непростым и для Сергея Семёновича Собянина. Мы видим, что он постоянно подвергает себя риску своими жёсткими непростыми решениями. Его атакуют и в медиа, и в экспертном сообществе. Основных направлений сейчас два – экономика и коронавирус.

Стоит обратить внимание на решение властей Москвы приобрести для города завод по производству масок: его критиковали, мол, маски – способ пополнения бюджета. Но сейчас маски общедоступны, нет никакого дефицита, они стоят по 5 рублей – это результат верной стратегии. Поскольку в Москве количество заражённых больше, чем во многих других регионах, мэр повторяет ту же ситуацию, открывая несколько предприятий по производству вакцины прямо на территории города, эта новость прозвучала буквально на днях. Меры остаются, для многих они неприятные, но позволяющие избежать полного закрытия.

В целом его решения стали показательными: московский градоначальник – ещё и руководитель федерального совета по коронавирусу.

У Собянина в текущем году политических задач и направлений работы в этом ключе не было. Но закрыт вызов по коронавирусу, с которым он столкнулся, эту дилемму и эти сложности он решил. Одно из его заявлений – о том, что в Москве нужно вакцинировать 7 млн человек: я думаю, это будет исполнено, как только вакцины станет больше. Вакцинация, которая в Москве началась раньше других регионов, выйдет в широкие массы. Здесь ситуация по коронавирусу будет под контролем раньше, чем в других регионах, и, конечно, раньше, чем в других странах.

Что касается экономики, то поддержка бизнеса, различные пакеты мер – это тоже распоряжения Собянина, и если сравнивать в целом по стране (я даже не беру другие страны), то в Москве ситуация отличается. Даже при дефицитном бюджете Москве приходится выйти на внешние заимствования – тем не менее, социальная часть бюджета в этом году даже больше, чем в прошлом, доковидном году. Шаги по возвращению экономики к её нормальному состоянию тоже очевидны.

Ситуация со здравоохранением, с коечным фондом, с открытием дополнительных больниц, постройка Коммунарки в невероятно сжатые сроки – никто не верил, но вот она, есть, работает, принимает людей.

Поэтому политически мэра оценивать сложно, поскольку на уровне городской политики событий не очень много, кроме постоянных действий со стороны представителей коммунистической партии – то к Ленину цветы, то митинг против дистанционного образования без соблюдения мер безопасности.

Мне кажется, у мэра Сергея Собянина приоритет сейчас другой – продолжение защиты здоровья жителей столицы от коронавируса и помощь экономике в её восстановлении. Это многим не нравится, вызывает критику и атаки, но, тем не менее, год для Собянина вполне можно назвать успешным.

 

Для Александра Беглова 2020-й выдался сложнейшим годом, поскольку он оказался не готов оперативно реагировать на вызовы, общие для всей страны – коронавирус, нестабильность в экономике. И с учётом специфики менталитета жителей города, его нерешительность в начале ситуации задала тон всему году. Потому что вместо той плановой работы, к которой перешли большинство регионов в начале года, когда ситуация стала понятна, когда губернаторам отдали самые высокие полномочия, чтобы купировать распространение коронавирусной инфекции, Беглов попытался соблюсти какое-то равновесие.

На уровне федеральной власти было принято однозначное решение: приоритет – жизни и здоровье жителей. Мы тратим деньги, мы входим в сложные ситуации по валовым продуктам, по экономике, проседаем по ряду отраслей, некоторые отрасли получают ущерб, каковой, возможно, не позволит им восстановиться в полной мере уже никогда. А Беглов попытался выдержать и соблюсти равновесие между недовольными и теми, кому надо было срочно помогать. И вот эта пауза поставила под угрозу жизнь города и его способность справиться с большой угрозой.

Ведь сейчас, несмотря на то, что складывающиеся картины действительности весной и летом различались, Санкт-Петербург продолжает занимать первое место в списке регионов со смертностью на 100 тыс. чел. Причём эта цифра продолжает расти с конца ноября, изменений никаких нет, и все ситуационные усилия по поддержке здравоохранения не приводят к результату. Пришлось вмешиваться федеральному Минздраву, чтобы повлиять на положение в городе непосредственно на месте.

Честно говоря, такой сценарий для Москвы я представить не могу. Для действительно слабых регионов – возможно, но для второго по важности региона после столицы это очень странно выглядит. Мне кажется, нерешительность, с которой Беглов занимался борьбой с пандемией, и которую некоторые трактуют как осторожность, к столь плачевным последствиям и привела.

Яркий пример – это та самая карта сопротивления питерских баров. Беглов не воспользовался чужим опытом, например, губернатор Подмосковья Воробьёв сказал: «Хотите – сдавайте тест», а в Москве сделали QR-коды. Понятно, что история с предоставлением результатов теста на COVID-19 для того, чтобы поужинать в баре, фактически бары закрывает. Тем не менее, Беглов в этой ситуации начал странно себя вести, сказал, что меры смягчим, давайте обсудим. Я не говорю, что не нужен диалог с бизнесом, но не в данной ситуации! Швейцария закрывается, и всё, без всяких объяснений; как закрывался Китай – мы тоже с вами знаем. Поэтому играть в дипломата, когда у тебя в руках увеличивается количество умерших (даже не заболевших!) – это не самый тактически правильный вариант. Хотя, конечно, можно сделать скидку на питерскую ментальность – Думская улица, улица Рубинштейна – знаковые места, но, тем не менее, вопрос стоило решать иначе.

Эта ситуация с барами принесла градоначальнику абсолютно чёткий репутационный ущерб, как бы она ни закончилась. Закончиться она может так же, как история с Полтавченко, которого Питер в своё время не принял…

Если говорить о том, что в этой обстановке делать Беглову – ему надо принимать резкие кадровые решения, потому что во всей сложившейся ситуации вина ведь не только его, у него есть и команда, и советники разного свойства. Именно кардинальные кадровые решения в команде, в его аппарате могут поменять ситуацию для него и для северной столицы.

Но пока к концу года Беглов подходит с не очень хорошими результатами.

 

Уходящий год принёс практически всем регионам одинаковые проблемы: коронавирус, медперсонал, бюджетные средства, распределение бюджета, экономика. Ситуация примерно одна и та же повсеместно. Но есть ряд регионов, на которые стоит обратить внимание.

Например, на ЕАО и главу этой территории Ростислава Гольдштейна: если смотреть на регион в динамике, безотносительно ситуации с коронавирусом, можно увидеть отличия в управлении регионом Гольдштейном, который прошёл через выборы в этом году, и достаточно успешно, и предыдущими губернаторами – Левинталем, а также теми, кто был до него. Гольдштейн самостоятельно принимает решения, и ту возможную ответственность, которая в регионах обычно распределена между губернатором и вице-губернатором, мэрами, он взял в свои руки, поскольку регион небольшой. Это не хорошо и не плохо, но это помогает ему жить в сложной ситуации несколько лучше, чем другим.

Помимо этого, он достаточно успешно руководит местным отделением партии «Единая Россия». Ключевой вопрос территории он решил с её помощью – выкупил исторические территории. Это – знаковое событие 2020 года.

Благодаря своим компетенциям, он привлёк в регион дополнительные деньги на реализацию проекта поддержки молодых семей – 3 млрд рублей. Это много для региона, у которого весь бюджет – 10 млрд. Помимо этого, ещё он «протащил» 1 млрд на дороги. То есть фактически половину бюджета ему удалось привлечь, благодаря взаимоотношениям с федеральной властью. Это на самом деле не частый случай, и не у многих губернаторов так получается.

Конечно, все проблемы, которые есть в подобных регионах, – увольнение медиков, коронавирусные меры и санкции, которые губернатор тоже вводил, обычные экономические проблемы, общие для всего ДФО, тенденция к ухудшению жизни людей – характерны и для ЕАО.

Но Гольдштейн довольно неплохо справляется. Он решительно действует и в вопросах применения федеральных полномочий по борьбе с коронавирусом. Это позволило ему усилить здравоохранение. Итоги года для него, если и не отличные, то хорошие.

 

26 ноября, 2020 | Национальный Рейтинг Мэров (Август-Ноябрь, 2020)

Мы живём в центре крупнейшей правовой государственной реформы. Эта реформа связана с тем, что вся власть, согласно изменениям в Конституции, принятым не так давно, должна переформатироваться в единую систему публичной власти. От самого низа, местного самоуправления (МСУ), до самого верха – правительства, президента, Госсовета, Совета безопасности, Совета Федерации. Все они должны пройти через глобальную законодательную реформу.

Мы видим, как принимаются законы, например, федеральный закон о здравоохранении, федеральный закон о молодёжи, ряд других законов. И мы видим, что не всегда и не везде есть понимание этих процессов не только у людей, которым это надо объяснять, но и у самих непосредственных участников этой реформы, то есть представителей различных ветвей и уровней власти. В Томске мы видим, как третий подряд мэр покидает своё место из-за странных историй, связанных с нарушением закона…

Есть и позитивные примеры, конечно. А есть случаи совсем негативные, например, история мэра небольшого балтийского города, я имею в виду главу Янтарного Алексея Заливатского, вступившего в конфликт с местной властью, вставшего «во фронду» к общефедеральной власти и декларирующего обвинения после того, как за ним нашли ряд нарушений.

Он покинул страну после того, как в его отношении было возбуждено уголовное дело, развернув публичную критику в адрес региональных и федеральных властей России. Один из самых активных медиа-чиновников (уже бывших), Заливатский активно занимался выстраиванием своего образа, став в итоге беглым мэром и новым оппозиционером, которого признали в штабе Навального, что, на мой взгляд, недопустимо для человека, который является частью государственной власти. Однако обоснованность выдвинутых обвинений в несоблюдении антикоррупционного законодательства признали в Transparency International.

Хотя ситуация имела решение до возведения в такие обстоятельства, Заливатский выбрал позицию противопоставления своих личных интересов всей системе власти и попытался перейти через политический Рубикон, чтобы из оппозиционного стана диктовать свои условия в надежде, что его огрехи в прошлом будут забыты, или к ним не будет претензий.

Это – наглядный пример ситуаций, которые могут преподносить нынешние мэры, хорошо, не столичных городов. Но я думаю, что мы и ещё увидим невероятные истории по части этой колоссальной реформы, в которой мы живём, и не только позитивные.

 

В Москве, как и во многих других мегаполисах мира, конечно, все новости этого исследуемого периода связаны с коронавирусом. В 2020 году не очень много других новостей. Тем не менее, что изменилось?

Ситуация с коронавирусом от 700 заболевших человек в день в августе дошла почти до 7 000 в ноябре. Какова реакция?

Полученный Москвой в первый период пандемии непростой, часто горький опыт, связанный, в том числе, и с гибелью врачей на рабочем месте, несмотря на летнее смягчение, дал возможность многое реализовать в сфере здравоохранения. И временные госпитали, и мобилизация врачей – это осталось, не было переформатировано обратно. То, что эти ресурсы не были распущены или переформатированы под другие задачи, во многом помогло избежать жёстких последствий, с которыми столкнулись этой осенью другие столицы.

Мы видим, что экономика не закрывается. Она испытывает ограничения, но город работает, инфраструктура работает, предприятия работают, хотя, конечно, не все – ограничения в последнее время коснулись ночных клубов и ночных заведений. Был, безусловно, использован международный опыт по организации входа в места массового скопления людей – в первую очередь те самые ночные клубы, а потом уже административные здания – для того, чтобы разорвать цепочки инфицирования.

Сейчас сложно говорить о каких-то достижениях, связанных с ростом инвестиционной привлекательности, с увеличением строительства жилья, поскольку ситуация понятная. Но, тем не менее, в качестве достижения столичных властей можно назвать усилия по борьбе с коронавирусом: несмотря на серьёзную ситуацию, удаётся сохранить и экономику, и здоровье, и жизни людей.

Стоит отметить усилия по массовой вакцинации от гриппа и по пострегистрационному этапу тестирования вакцины от коронавируса. Судя по всему, Москва будет первой широко применять и вакцину «Спутник V», и вакцину «Вектор», когда она выйдет на какие-то мощности. И, конечно, в этом тоже заслуга мэра города Сергея Собянина, который оказался в России на передовой войны с коронавирусом.

Надо упомянуть и меры, предпринятые в экономике, по помощи бизнесу, различные льготы для незащищённых групп населения.

Часто Собянину ставят в вину, что не услышаны просьбы людей не вводить уже набивший всем оскомину тотальный перчаточно-масочный режим. Но, несмотря на негативное восприятие обязательности ношения перчаток и масок многими людьми, меры, которые были применены, в первую очередь, к нарушителям режима, а также к различным предприятиям, меры, которые могут показаться жёсткими, всё равно показывают свою эффективность.

Доказано, что в этом есть смысл, так как уменьшается вероятность заражения, или инфекция переносится в гораздо более лёгкой форме. И тот самый опыт Москвы с внедрением широкого тестирования ПЦР и ИФА, всё это, конечно, оценено регионами, и во многом эта практика пошла в регионы, будучи модифицирована с учетом региональной специфики.

Судя по проекту бюджета (сейчас обсуждаются его основные параметры), мэр поставил в приоритет его социальную направленность. Несмотря на понятное падение доходов в силу экономического и коронавирусного кризиса, социальная доля бюджета увеличена. В прошлом году это был 51%, а в этом – 56% без учёта дополнительных трат, например, выделения денег на вакцинирование жителей города от коронавируса (порядка 10 млрд рублей).

Но, безусловно, период сложный, и многое будет оценено как решения непопулярные, но они во многом вынужденные. Конечно, где-то, наверное, были и ошибки, поскольку история с пандемией для всех новая. Если сравнивать с другими городами России – хотя тут всегда звучит справедливый упрёк, что Москва – более ресурсный город в силу столичного статуса и в силу размера, – но, тем не менее, и по показателям заболеваемости, и по сохранению экономической динамики, и по безработице Москве многое удалось значительно лучше. И здесь столичный масштаб, напротив, создавал определенные трудности в оперативности повсеместного применения принятых решений и контроля за ними.

Действительно, Москва вынуждена прибегнуть к внешним заимствованиям. Дефицит – порядка полутриллиона рублей. Но сейчас эта ситуация мне кажется абсолютно нормальной, учитывая снижение доходности по ряду направлений. И в отличие от некоторых регионов, которым сложно будет найти средства под гарантии в силу не очень понятной структуры доходов в будущем, Москва вполне с этим справится.

 

К сожалению, очень часто градоначальники на первый план больше ставят свои политические амбиции и амбиции карьерного ряда, нежели интересы людей. Когда даются обещания, они даются бездумно, во многом следуя логике уже принятого в нашей стране политического популизма особенного ряда политических сил, а потом не наступает ни ответственности, ни ответа на вопрос жителей о том, почему эти обещания не были реализованы. И, конечно, принадлежность к той или иной политической силе безотносительно хозяйственной деятельности, которая должна, казалось бы, для многих быть приоритетом, во многом форматирует её повестку, её риторику, её поведение, и это сказывается на жизни горожан, к сожалению, не в лучшую сторону.

Вот, например, мэр Новосибирска Анатолий Локоть – член коммунистической партии. Но его повестка в отношении коронавирусной инфекции, поскольку представитель партии в данном случае наследует логику руководителя партии, буквально бьёт по людям.

Введённые ограничения в Новосибирске не контролировались должным образом. Проводились какие-то вечеринки и другие мероприятия. При фактически введённых мерах, свойственных и для других регионов, не было никакого контроля и последствий. Если в Москве это многомиллионные штрафы (ЦУМ, например, оштрафовали на миллион и сейчас будут штрафовать второй раз за очередь за «айфонами»), которые касаются и магазинов, и транспорта – множества направлений, где эти штрафы обеспечивают соблюдение правил, то там ничего такого не было.

Конечно, в том числе это повлияло на ситуацию с коронавирусом. А вызвано это, на мой взгляд, не только тем, что для мэра во многом первично его политическое настоящее и будущее, но и следованием логике, которую для обретения массовой популярности излагает руководство партии – Зюганов, Рашкин и так далее, требующие парадоксальных вещей. Зюганов в Твиттере, например, писал, что коронавирус имеет искусственную природу, в русле ковид-диссидентской повестки прямо. А в данном случае на уровне хозяйственника нельзя играть в такие вещи, как политическая риторика ради популярности, потому что это касается системы здравоохранения и жизни людей.

Возвращаясь к невыполненным обещаниям, которые Локоть раздавал в 2018-2019 годах: они вызвали много недовольства, в том числе с яркими проявлениями не только в соцсетях, но и на улице. Те же самые одиночные пикеты против точечной застройки, которую он, как коммунист, раньше критиковал, но пошёл на такое решение, никак не объяснив смену своего мнения – это привело к недовольствам, к пикетной, протестной улице. То же самое касается обещаний в социальной сфере – всё это имело чёткие электоральные последствия. Из-за действий мэра на последнем дне голосования в горсовете Новосибирска коммунисты потеряли 4 мандата и в заксобрании – 5 мандатов.

Это связано с тем, что, следуя логике федерального лидера партии, на мой взгляд, мэр Локоть в эти годы думает о политической карьере, в частности, о переходе в статус депутата Госдумы. Поэтому его не очень заботит ситуация в городе, он исполняет, в первую очередь, свою политическую роль, а в данном случае для мэра города она уж точно должна быть вторичной. По идее, партийная принадлежность хозяйственника не должна влиять на жизнь людей.

То есть, если он приверженец социалистических или коммунистических идеалов, это не должно сказываться на развитии социальной инфраструктуры. А он завалил проект по центру реабилитации для пожилых людей и инвалидов. От его политических действий не должно зависеть, идёт горячая вода из-под крана или нет. Хозяйственная деятельность для мэра – приоритет. Здесь, как мы видим, ситуация обратная с достаточно печальными для жителей последствиями.

 

29 октября, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Сентябрь-Октябрь, 2020)

Безусловно, 2020 год принёс в жизнь глав регионов много нового, и их деятельность подверглась принудительному переформатированию. И в рамках борьбы с коронавирусной инфекцией, и в связи с изменением Конституции, конечно, к ним стало больше внимания, но выросли требования и потому, что их полномочия существенно расширились.

Недавняя встреча президента с Советом Федерации тоже показала, что ко всем губернаторам теперь гораздо больше вопросов, и от них ждут гораздо больше оперативных решений. И это было сказано в том контексте, что сенаторы, которые присутствуют в Совете Федерации от регионов, должны плотно работать со своими регионами и напрямую с их главами.

Недавнее обсуждение закона о возможности федерального министра возглавлять регион показывает, что таких требований к губернаторам будет больше, какая-то их часть, вероятно, займёт министерские посты параллельно с уже имеющейся занятостью.

Поэтому, конечно, все силы глав регионов сейчас брошены на трансформацию своей региональной власти: кто-то этим занимается активно, кто-то не очень. Но они прекрасно понимают, что все без исключения руководители территорий должны предпринять сейчас как можно больше усилий для предотвращения шествия второй волны пандемии, максимально развить здравоохранение, сосредоточиться на новых национальных целях, которые появились в развитии нацпроектов. То есть заниматься благосостоянием людей, уровнем их жизни, развитием образования и в первую очередь – здравоохранения.

Надо сказать, что успехи в этом плане не у всех одинаковые. Многие, особенно те, кому не пришлось проходить через электоральный цикл в этом году, ещё живут по-старому, надеются остаться в тени. Мы видим это, например, по губернатору Орлову, заявившему о том, что 400 местных медиков уволились – это нехороший для него показатель, на который надо срочно обратить внимание.

Мы видим также, что ряд губернаторов сталкивается с вызовами, которые невозможно предугадать, с новыми «чёрными лебедями», на которых тоже реагируют по-разному. Это и основное предположение биологического генеза проблемы на Камчатке, это и ряд техногенных историй, связанных, например, со взрывами в Рязанской области на складе министерства обороны, ну и более старые события – пожары в Ростовской области и аварии в Красноярском крае. На эти вещи тоже надо реагировать по-новому: быстро, оперативно и самое главное – открыто, а не стараться скрыть, чтобы федеральный центр узнал об этом гораздо позднее и в каком-то приукрашенном свете.

Поэтому, конечно, в связи с таким повышенным вниманием, увеличенной ответственностью и максимально расширенными полномочиями все губернаторы должны делать очевидные выводы. Тем, кто ещё не изменил ход своей работы, – изменить. Или уйти.

Критерии эффективности глав регионов не изменились. Все пункты KPI, напомню, показывают работу губернаторов не только в повседневности, но и в чрезвычайной ситуации. Там нет ничего такого, что противоречит эффективной работе по преодолению ЧС. Просто теперь ситуация показывает работу губернаторов через увеличительное стекло. Если раньше можно было по тем же самым KPI отчитаться какой-то показательной деятельностью, совершенно не обязательно интенсивной в реальности, то теперь для того, чтобы соответствовать этим KPI в новых условиях, приходится работать, и работать действительно много. Даже в тихих регионах, о которых ни в прессе, ни в Телеграм-каналах, ни в экспертном сообществе практически ничего не слышно. Во всех регионах теперь надо работать для того, чтобы адекватно реагировать на возможные последствия коронавирусной инфекции, предотвращать их, принимать решения в духе новой Конституции и в духе новых национальных целей. Новые обстоятельства не являются оправданием для не соблюдения KPI, наоборот, они являются отягчающим фактором, как в уголовном праве. Теперь несоблюдение KPI действительно покажет неэффективность губернатора в такое тяжёлое время. Проверку выборами в обновленной реальности часть губернаторов уже прошла.

Конечно, учитывая условия этого специфического года, перед выборами губернаторов было много прогнозов о низкой явке и сокрушительном провале «Единой России» (судя по ФОМовской социологии, и не только).

Тем не менее, кампания прошла достойно, несмотря на то, что в некоторых регионах она не была достаточно публичной. Она была яркой, и результаты для представителей правящей партии и самовыдвиженцев, поддержанных правящей партией – они неплохие. Мы видим, что их основные политические оппоненты, парламентская оппозиция, по большей части даже не смогли собрать полный пул кандидатов на все 18 губернаторских кампаний. «Справедливой России» не хватило одного, ЛДПР не хватило двух, с КПРФ история сложнее, поскольку их кандидатов снимали. Тем не менее, учитывая новые обстоятельства и новые правила голосования, в том числе его многодневность, кампания прошла хорошо. Явка была даже выше, чем на двух предыдущих циклах: на 2,8% выше, чем в прошлом году, и около 5% выше, чем в позапрошлом.

Я думаю, что теперь не только тем, кто прошёл через электоральный цикл, но и всем остальным нужно осознать до конца, что мы живём в новой реальности, и это навсегда. Губернаторам не станет полегче, требования к ним будут увеличиваться и в духе изменённой Конституции, и в духе мобилизации системы власти, которая, как мы видим, трансформируется в публичную систему, обрастает обновлёнными институтами и новыми механизмами. Всё это накладывает на них дополнительные обязательства, и им придётся работать много.

Нужно отметить, что 16% губернаторского состава лично столкнулись с коронавирусом. Многие эксперты говорят, что это ведёт к ослаблению позиции этих самых губернаторов, ставит их в различные рисковые зоны, возможно, приведёт к «губернаторопаду». На данный момент их 14 – переболевших или болеющих.

Считаю, что наоборот: губернатор, который сам прошёл через этот вызов, может с ещё большей эффективностью заниматься решением вопросов населения по теме здравоохранения. Многие из них не прекращают работать, а переходят на удалённый режим. И очевидна другая польза: с точки зрения восприятия населением, болезнь приближает их к людям, поскольку сразу открывается, что они не недосягаемые небожители, а такие же люди, которые подвергаются таким же рискам и переносят их вместе с остальным населением страны и региона.

 

В период сентября-октября основные обстоятельства, к которым приковано внимание буквально каждого, были связаны с ростом заболеваемости коронавирусной инфекцией и числа госпитализированных. Важный момент: несмотря на то, что цифры снова большие, и показатели выросли очень быстро (только за вторую неделю октября был скачок практически на 40%), мы видим, что Москва готова отражать эту напасть.

Из весеннего пика сделаны выводы, и получен опыт, мобилизована медицина, подтянуты дополнительные мощности. Конечно, Москва находится в большей готовности к этим вызовам, чем многие другие регионы, поэтому не вводятся такие жёсткие ограничения, как весной. Анализируются все мировые меры, мы видим, что уже полмира закрылось снова, что во Франции комендантский час, а в Любляне в Словении уже полный карантин, в Польше планируют использовать армию для контроля над соблюдением ограничительных мер, и в ряде других стран жёсткие меры вводятся вновь.

В Москве мы видим, что даже ночные заведения, которые закрыты в десятках стран, продолжают свою работу с применением новых технологий контроля – тут использовался южнокорейский опыт. Несмотря на такие тревожные показатели, несмотря на то, что многие продолжают легкомысленно относиться к этим мерам, Москва показывает мобилизованность и готовность. Потому что созданы мощности, обучены медики, разработаны протоколы лечения. Так что полученный тяжёлый опыт сейчас помогает столичному региону не останавливать экономику, не закрывать отрасли бизнеса и достойно противостоять этому росту в осеннее-зимний сезон. Я думаю, учитывая усилия, которые Москва прилагает для вакцинации, что она справится.

Что касается других элементов деятельности Сергея Собянина, то они в принципе похожи на проблемы других регионов. Это и вопрос о дополнительных деньгах, которые пришлось тратить для спасения жизни и здоровья людей, компенсаций бизнесу, поддержки граждан, это и ряд других проблем, в основном, по поводу принятия необходимых, но не всегда популярных решений, как, например, продолжение масочно-перчаточного режима, который колоссальные споры в интернете вызывает до сих пор. Это вызывает и недовольство, и разную реакцию, но в целом эффективность очевидна. И я думаю, что сейчас, как было и весной, московский опыт будет использоваться всеми регионами – не весь, возможно, частично.

Но, так или иначе, Москва и в силу количества заболевших, и в силу других причин находится на передовой по борьбе с коронавирусом, поэтому она – первая и получает опыт, которым охотно делится. Вопрос уже к региональным властям о готовности этот опыт использовать.

 

Когда Владимир Солодов только вступал в избирательную кампанию, социология показывала не очень высокие результаты, поскольку местное население его не воспринимало как своего: Солодов – москвич.

В образ народного, местного, как последнее время принято на Дальнем Востоке, он не очень попадал. Но, тем не менее, поддержка президента, поддержка премьера Мишустина – они оба с ним встречались в рамках визитов, а также оперативное решение местных проблем дали ему необходимое восприятие населения, и через выборы он прошёл вполне успешно.

Что касается дальнейших вызовов: мы видим, что он понимает, как нужно реагировать. Как только пошли выбросы погибших морских животных, губернатора обвинили чуть ли не во всех грехах: в том, что он скрывает, не хочет с этим бороться, допустил присутствие тех или иных предприятий и остатков военной промышленности на территории. И, тем не менее, он с первых же дней находился на месте, на прямой связи с населением, выходил на коммуникацию, рассматривал абсолютно открыто все возможные причины. Были и публичные исследования Козельского полигона, акватории, изучение всех возможных истоков этой проблемы. В результате после подключения учёных из РАН стало понятно, что же это было. Но главное, что Солодов очень чётко, своевременно и открыто отреагировал на этот вызов и заявил о важной федеральной проблеме – отсутствии у нас общего эффективного экологического мониторинга, из-за чего мы получаем достаточно частые техногенные и экологические проблемы на поздней стадии, когда сложно преодолеть их малыми усилиями. Губернатор об этом сказал во всеуслышание. Я думаю, что будет развитие этой идеи.

Обратите внимание, что для него недостаточно было просто об этом сказать. Буквально на днях стало известно, что губернатор Камчатского края создаёт так называемые «точки кипения», где будут обсуждать всю эту проблематику и принимать оперативные решения. Я считаю, что в преодолении этой экологической проблемы, природной проблемы (она – не антропогенная, человек в этом не виноват, такое случается) со всеми информационными атаками и подозрениями он справился эффективно.

Думаю, что он совершенно чётко понимает, как именно сейчас должен работать глава региона.

Солодов, как человек, прошедший предвыборную кампанию – достойный губернатор для своих избирателей, губернатор, который выполнит все свои обещания, а, скорее всего, сделает больше.

И хотя его обвиняли в слабости и в том, что он не понимает регион, что не хочет разбираться, что боится влезть в существующие или выдуманные региональные конфликты – всё, что можно было сказать про него плохого в публичной плоскости, было сказано. Тем не менее, мы видим, что именно открытостью, скоростью реакции, готовности к коммуникации и со специалистами, и с жителями, и с экологами, и с пострадавшими аквалангистами, он эффективно справился с ситуацией.

Я думаю, что он готов и к следующим вызовам, и к имеющимся тоже, и готов реформировать систему власти. Конечно, над ним попыталась посмеяться федеральная пресса, когда он переименовал одно из ведомств, назвав его условным «министерством счастья» (официально название формулируется как «министерство социального благополучия и семейной политики»). Солодов объяснил логику: люди должны туда обращаться, чтобы обрести счастье. Скучные канцелярские понятия, которые в названии ведомства были раньше, этому вряд ли способствуют.

Я думаю, что вся система власти на Камчатке будет реформирована в сторону эффективности, и это тоже правильный опыт, который стоит перенять многим другим регионам.

 

27 августа, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Июль-Август, 2020)

Выборы 2020 года в силу ряда обстоятельств (кейс Фургала в Хабаровске,  противостояние вокруг шиханов в Башкирии, ситуация, связанная с попыткой объединения Архангельской области и НАО) проходят в несколько необычном контексте. Определённую тональность добавляет и общемировой фон новой динамики протеста (Беларусь, США и т. п.). Поэтому и внимание к выборам губернаторов – в контексте биографий кандидатов, реальных действий, особенно тех, кто пока носит приставку «врио», их позиций – будет более пристальное.

Здесь уместно предвосхитить события и напомнить, что в 2021 году нас тоже ожидают, конечно, не 18, а всего 6, но зато каких гонок: главу региона будут выбирать Тульская, Тверская, Ульяновская области, Тыва и Чечня, а также Хабаровский край. Именно по итогам нынешних выборов, которые пройдут 13  сентября, будут сделаны выводы и планы по выстраиванию тактик и стратегий грядущей кампании в Госдуму со стороны власти, системной и несистемной оппозиции, но в том числе, обещающих быть яркими губернаторских выборных кейсов-2021.

Среди нынешних кампаний первенство по привлечению внимания удерживает ДФО. Впрочем, мнения экспертов иногда расходятся. Так, на мой взгляд, Камчатка и ЕАО, которые записывают в «сложные регионы», в принципе, обещают довольно спокойные выборы, несмотря на то, что в этих субъектах кандидаты-врио – «не местные». В первую очередь, они, конечно, рассматриваются через эту призму (особенно после запроса «на нового Фургала»). Но, например, тот же Ростислав Гольдштейн, хоть и не местный в Еврейской автономии, уже много лет связан с регионом в качестве сенатора и фактически воспринимается как «свой». То же самое касается и Михаила Развожаева в Севастополе: у него есть хороший бэкграунд антикризисного управленца, выгодно отличающий его (предыдущая работа в Хакасии), а также опыт самореализации в качестве врио губернатора. Фаворит Камчатки Солодов как кандидат под запрос местного населения вроде бы не очень подходит (настоящий «варяг»), но, учитывая оказанную публичную поддержку со стороны президента и главы правительства, думаю, никаких проблем на выборах иметь не будет. Получение поддержки первых лиц государства фактически означает широкую поддержку электората, а серьёзных конкурентов на Камчатке у Солодова нет.

Действительно сложный, на мой взгляд, регион – это Архангельск: Шиес, история с объединением, московская «прописка» Цыбульского (никакой привязки к округу не имеет) и особенно скандалы с регистрацией кандидатов.

Надо сказать, эту кампанию особенно отличают массовые неудачи при регистрации оппозиционных кандидатов, по большей мере, коммунистов, что не только добавляет динамики любой выборной гонке, но в некоторых регионах может привести к протестному голосованию (такие случаи были – в той же самой Хакасии в 2018 году). При этом общая статистика зарегистрированных говорит, что в этом году существенно (в сравнении с выборами 2018 и 2019 гг.) повысился процент кандидатов, успешно миновавших все фильтры.

Выборы дополняют и так традиционно обширный список забот глав регионов. Помимо стандартных проблем с дефицитом бюджета, дорогами, миграцией, здесь появились нюансы образовательного процесса (а скоро на фоне эпидемиологической угрозы начнётся новый учебный год), восстановление экономики и подготовка к возможной второй волне ковида. По большому счёту, проблемы регионов не отличаются. И мы видим, что врио и действующие губернаторы-кандидаты, не мудрствуя лукаво, предпочитают вести свои выборные кампании  в стиле «малых дел» – просто продолжая свою рутинную работу.

Пожалуй, стоит упомянуть об интересной тенденции, которой также подвержены все без исключения руководители территорий. Главы регионов чувствуют смену запроса на т. н. «технократов» в пользу нового образа губернатора. Отработанная концепция «компетентности + отсутствия токсичных связей» приобрела несколько гибридный характер. Глава не только должен быть профессионалом, но и должен знать территорию. Этот запрос населения сейчас стал очевиднее. Людям нужен человек, в проблемы региона погружённый и готовый их решать. При этом решать сообща: в диалоге со всеми стратами общества. Так, господин Дегтярев в Хабаровске, при всём моем уважении, потерял время, промедлив с выходом на прямой диалог. Похожую ошибку совершил Лукашенко. А сегодня любому лидеру надо быть человечнее, сокращать дистанцию между собой и людьми и говорить с ними.

Данная тенденция в деятельности губернаторов явно прослеживается – это видно хотя бы по тому, что большинство завело себе Инстаграм, а некоторые даже осваивают Телеграм, отвечая на запрос быть искренними людьми дела, переживающими за народ. 

 

Несмотря на то, что в общественном сознании угроза распространения коронавируса отошла на второй план, она все равно никуда не исчезла. Поэтому, говоря о работе мэра Москвы, хочется отметить, что градоначальник не снижает противоэпидемических мер, хотя многие ограничения сняты.

Собянин продолжает придерживаться крайне эффективных, но не очень популярных методов соблюдения мер предосторожности. При этом стоит обратить внимание на очевидное: темпы распространения пандемии действительно удалось сдержать, судя по официальной статистике оперштаба. Несмотря на определенное возмущение людей пролонгированной необходимостью соблюдать перчаточно-масочный режим в общественных местах, новой динамики по заболеванию нет. В то время, как в ряде стран мира и ряде регионов России такая динамика, к сожалению, сохраняется. В Москве, можно сказать, эти успехи закреплены.

В этих особых обстоятельствах, безусловно, стоит обратить внимание на беспрецедентную помощь Москвы бизнесу (и малому, и среднему). Вполне уместно употребить такое громкое слово, как «спасение» экономики. Но можно сказать и проще – возвращение её на нормальные рельсы. Столичными властями приложены действительно серьёзные усилия, помощь доходит до адресатов, хотя в пострадавших отраслях, наверное, не все могут радоваться возвращению к работе: в том случае, когда бизнес пострадал необратимо.

Наконец, опубликован долгожданный документ, детализирующий планы по реновации. Ясно указано, в каком году какой дом будет переезжать. И это говорит о том, что, несмотря на удар по мировой экономике (а он, естественно, коснулся и Москвы), несмотря на коронакризис, реновационные планы не отменены, не секвестированы, и даже есть шанс, что будут исполнены с опережением заявленного графика.

Конечно, социология вполне может показать некоторый пессимизм жителей столицы в отношении власти, связанный с поверхностной оценкой коронавирусных угроз. По данным ВЦИОМ, лишь порядка 24% населения страны столкнулось с заболеванием близко (сами или их личные знакомые). И весомая часть москвичей до сих пор считают ограничительные меры избыточными. Хотя мы знаем: они спасают жизни.

Конечно, на настроения влияет и общий протестный мировой фон (в целом по миру в последнее время прошли и идут до 4 000 протестов одновременно!). Где-то это протесты против коронавирусных ограничений, где-то просто социальное недовольство по поводу безработицы,  где-то – протесты, аналогичные BLM. В Москве мы тоже видим попытки несанкционированных акций, «стояний» в поддержку «белорусских братьев», но эта протестная активность серьёзного влияния на город не оказывает. Думаю, что и довыборы в двух районах столицы, Бабушкинском и Марьино, не станут политическим мейнстримом августовско-сентябрьской повестки  

Основной фактор, на котором сейчас сосредоточено внимание, – экономический. Москва занята возвращением к докоронавирусным показателям жизни мегаполиса, превентивными мерами в области здравоохранения, направленными на недопущение второй пандемийной волны.

И деятельность Собянина в этой связи надо признать эффективной. Особенно в части спасения экономики и здоровья населения. Забегая вперёд, думаю, что Москва покажет высокую планку и по вакцинации – не только от коронавируса, но и от гриппа и прочих сезонных инфекций.

 

25 июня, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Май-Июнь, 2020)

Испытание коронавирусом оказалось для всех внезапным и показало, что главы наших регионов живут несколько в иной логике, чем от них требуется. Первым решением президента было дать им самые широкие полномочия, поскольку было ясно: ситуация в регионах очень разная – Москва отличается от Питера, Питер – от Коми, Коми отличается от Архангельска и так далее. И везде требуется оперативное решение, ситуативные конкретные меры.

Кризисная ситуация обнажила тот факт, что многие главы российских регионов не готовы к ответственности: они готовы жить в поручениях президента, поручениях со стороны федерального центра, исполнять их с разной эффективностью. Я смотрел все трансляции совещаний президента с главами регионов России: только единицы из полного  состава присутствующих глав брали слово для уточнения вопросов – от силы три-четыре человека задавали вопросы, рассказывали о проблемах в своих регионах, предлагали варианты решений…

Есть те, кто взял инициативу в свои руки и пошёл пусть на непопулярные решения, которые ведут к антирейтингу, но необходимые для спасения жизни людей. А есть те, кто в инерционной логике ожидал, когда эти решения кто-то придумает, а потом на федеральном совещании скажут этот опыт применять.

И мы видим, что по прошествии почти трёх месяцев уже у всех глав регионов есть понимание того, как эта логика работает, что такое «региональная власть», как она должна самостоятельно и быстро реагировать на вызовы. Хотя эпизод с Норильском показал: первая эмоция на местах – скрыть ситуацию и разобраться без доклада наверх, когда кажется, что ситуация может остаться под контролем. В этом случае, думаю, последствий не избежать, и у губернатора Усса, возможно, будут проблемы.

Но есть и обратные примеры. Если не касаться центра – федеральных городов Москвы и Санкт-Петербурга, то здесь можно привести опыт Калининградской области и губернатора Алиханова. Очевидно, что Алиханов зашёл в коронавирусный период с проблемами. Это вспышка инфекции, проблемы с госпиталем в Балтийске и тому подобные беды. Но он быстро сориентировался, у него было отдельное совещание с президентом, сделал выводы из ситуации в других регионах и применил на своей территории, в результате запомнится на исходе ковидного времени отсутствием явных ошибок.

Удачный управленческий пример мы наблюдали и в Коми – в исполнении нового врио главы республики Уйбы. Он пришёл на место сошедшего с дистанции губернатора как человек, не очень знакомый с регионом, но сумел воспользоваться своим опытом взаимодействия. Несмотря на сложнейшую ситуацию в Воркуте, он не закрылся в своём кабинете, а лично выехал в «горячую точку» и вопрос решил. Конечно, во многом его успеху способствовал личный профессиональный опыт, личные контакты с мэром Собяниным и главой правительства Мишустиным. Но два вышеперечисленных примера наглядно доказывают: логика ожидания не для всех регионов одинакова. 

Конечно, думаю, что сложности были во всех регионах – и с медициной, и с замедленной реакцией по обеспечению закрытия границ региона, и с остановкой работы предприятий и сервисов. Но, к чести губернаторского большинства, надо сказать, они быстро сориентировались. При этом мы видим, что так называемое «плато» достигнуто в регионах не одинаково. На двадцатые числа июля только 13 регионов приняли решение о проведении на своей территории важного идеологического мероприятия для страны – парада Победы, исходя из своей местной обстановки. Это значит, что когда дают полномочия – ими надо пользоваться: не страшиться за следующее избрание, гнев или ожидание похвалы федерального центра, а именно для того, чтобы выполнить приоритет, который поставлен перед всей страной, а он очень простой: это жизни и здоровье людей и потом – экономика. Многие страны, такие, как США, избравшие другой путь, сыграли в иную логику – мы видим, они не боятся серьёзных цифр заболеваемости, смертности и даже назначают даты.

Коронавирус послужил определённым тестом именно на «руководителя», на способность принять даже абсурдные, на первый взгляд, для обывателя меры во имя спасения жизней. Поэтому фатальные решения, которые можно предполагать по итогам вирусной эпопеи, могут быть и не приняты, потому что есть понимание того, насколько внезапной была эта ситуация для страны.

Год назад Кремль ввел новые KPI для оценки эффективности глав регионов, но годовой цикл завершился непредвиденно, сейчас необходимо жить с поправкой на новую реальность. Хотя и все те требования никуда не делись – это та же самая простая, понятная коммуникация с жителями (этот статус, кстати, новая редакция Конституции РФ прямо закрепляет). Поэтому и политические факторы, и итоги голосования по конституционным поправкам тоже будут для глав регионов тестом на модернизацию, умение информировать, просвещать население.  

Конечно в условиях «идеального шторма», когда экономический кризис совпал с мировой пандемией, а ситуацию сопровождают резкие политические изменения в стране (имеется в виду мир после 15 января – принятые поправки в Конституцию), растущей тревожности и негатива в обществе, вызванного всеми ранее перечисленными факторами, иногда вроде бы хочется губернаторов даже пожалеть. Но я напомню, что должность, которую они занимают, – это важнейшая миссия и ответственность. Если кто-то хотел получить все преференции этого статуса, не неся никакой ответственности, побыть важным государственным деятелем, пользуясь определённым положением вещей, то эта история закончилась. Исторический процесс бросил вызов. Это своего рода война. Те, кто воевать не готов – отправляются в плен. Для губернаторов плен – это отставка. Поэтому жалеть их не надо – они шли на служение народу. Поэтому неуместны темы жалости, когда речь идёт о вопросах компетенции. Сегодня очевидно: наша политическая система должна мобилизоваться и эволюционировать. Иногда эволюция бывает принудительной.

Резюмировав, я бы оценил пережитый этой весной опыт как серьёзнейшую проверку готовности региональных элит к оперативным решениям. И в целом, думаю, их работа политическим руководством будет оценена как удовлетворительная. Не считая, естественно, тех руководителей, которые были отправлены в отставку уже в самом начале коронавирусной истории: Левченко (Иркутск), Гапликов (Коми), Орлов (Архангельск), а также Игнатов (Чувашия). 

 

Если говорить про болевые точки московской коронавирусной реальности – а это, очевидно, штрафы за нарушение карантинного режима для заболевших и контактных лиц, приехавших из-за границы или общавшихся с заболевшими; те самые пресловутые штрафы через соцмониторинг; конечно, вызвавшие огромную бурю возмущений в соцсетях прогулки по временным диапазонам – надо понимать, что мы оцениваем не мнение москвичей, а мнение пользователей Фейсбука, где высказывали своё недовольство те, кто пострадал.

Если брать мнение москвичей о наказаниях за нарушения, то даже по статистике штрафов за нарушение масочного режима, за нарушение режима прогулок, можно сделать вывод, что москвичей это не очень заботило, поскольку они справедливо опасались заболеть – как жители крупнейшего мегаполиса. А Москва была и остаётся городом, взявшим на себя самое тяжёлое испытание коронавирусом, в том числе и как транспортный хаб – город нескольких аэропортов.

Несмотря на общее возмущение, свалившейся на них ситуацией, в конце концов, москвичи начали проявлять сознательность, хотя сам период собрал массу негатива в целом.

Но, думаю, что со временем (причём это время намного короче, чем кажется) эмоции людей улягутся, и настанет время рациональной оценки. Пока мы видели борьбу политических элит через публикации различных сливов и слухов: мнения о том, «кто следующий мэр», все эти истории, что «Собянин утратил контакт с Путиным», «Путин был разъярён». Всё это не более, чем околополитические даже не слухи, а самые настоящие сплетни.

На самом деле невозможно игнорировать тот факт, что, помимо функционала по решению вопросов города, московский мэр исполнял ещё и роль главы федерального штаба по коронавирусу. И весь именно московский опыт был применён с разной интенсивностью по всей стране. 

Конечно, Собянин пошёл на непопулярнейшие меры, и, наверное, рейтинги на какое-то время будут показывать снижение. Версия катастрофического влияния ограничительных мер на его рейтинг муссируется, но исходит из неверного посыла. Действительно ли есть уверенность, что Собянину интересно следить за рейтингом? У него была цель спасения жизней, экономики, а следующим этапом – функционирования города. И он выполнил поставленную задачу, спас многие жизни, десятки тысяч – это тоже факты, которые, думаю, будут оценены должным образом. Поэтому я думаю, что Собянин показал себя эффективнейшим управленцем, который не боялся совершать ошибки, не боялся идти на строгие непопулярные меры, и в конечном итоге все эти меры выполнили свои цели: остановили рост заболеваемости, мобилизовали здравоохранение, спасли основные процессы городской экономики. Потому претензий к нему, кроме эмоциональных, придумать сложно.

Конечно, было много сложностей, поскольку система сдержек стартовала с колес, она делалась на ходу. Но и мнение большинства жителей столицы (по крайней мере, об этом говорит моё общение с ними с достаточно большими выборками, в том числе в радиоэфире) не совсем совпадает с мнением обитателей Фейсбука и слушателей радио.

Я думаю, что усилия Собянина однозначно достойны хорошей оценки. Люди спасены, здоровье спасено, летальности высокой удалось избежать. Город работает, функционирует, возвращается к нормальной жизни. Хотя, по мнению Собянина, московские ограничения могут быть сняты в следующем месяце – в июле. А по мнению министра здравоохранения Мурашко, они могут быть сняты только в феврале 2021 года. Это показывает оценку на базе разных данных и разного опыта. Может быть, в целом по стране это действительно так, но Москва с честью выдержала все эти испытания. А не делает ошибок тот, кто не делает ничего.

 

29 апреля, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Март-Апрель, 2020)

Профилактические, санитарные и прочие меры, введенные в Москве на фоне распространения коронавирусной пандемии, стали моделью по предотвращению заболеваемости covid-19 для всей России.

Именно московский опыт (с некоторыми, конечно, поправками и коррекцией) признан самым успешным в стране – не только её руководством и отечественными экспертами, но и западной прессой (в частности, CNN), традиционно скептически-негативно смотрящей в нашу сторону. Безусловно, Москва столкнулась с наиболее тяжёлым вызовом, чем в целом российские регионы  – это столица, центр притяжения, транспортный хаб – отсюда именно здесь самое большое по стране количество заболевших. Так же и нагрузка на медицинскую инфраструктуру гораздо выше в Москве, чем в целом по стране. 

При этом, судя по общемировой статистике, Москва всё делает правильно и главное – своевременно. Собянина упрекают в ограничении конституционных прав при вводе самоизоляции и введении пропускного режима передвижения на транспорте. Тем не менее, эти меры спасают жизни, хотя и несут определенные репутационные угрозы для мэра. Впрочем, ругают московского градоначальника давно знакомые «хейтеры», цель которых – при любых обстоятельствах создать негативный образ не только мэра, но и государства.

Собянин – на передовой. Он понимает всю полноту ответственности. Надо констатировать, что всё-таки серьёзная часть общества относится легкомысленно к угрозе коронавируса, а потому превентивная политика Собянина полностью адекватна. Поэтапное введение мер режима повышенной готовности говорит о том, что ситуация находится под серьёзным контролем, насколько это возможно. Я бы назвал коронавирусную стратегию и тактику Собянина «золотой серединой» – на фоне первоначально равнодушной британской модели (пока не заболел Борис Джонсон) и силовой китайской версии с перекапыванием дорог и блокпостами.

В Москве остановлены все работы по благоустройству, взяли паузу или сократили мощности до минимума городские предприятия, кроме тех, что жизненно важны сейчас, а также работают на перспективу. Одномоментное решение о приостановке деятельности ряда служб и контрактов может принести колоссальные убытки при возобновлении работ. Поэтому, например, подготовку города к зимнему сезону останавливать нельзя. Если такая работа встанет, то возобновить её можно будет через огромные издержки, этого не понимают критики Собянина, эмоционально требующие тотального одномоментного прекращения всех городских работ.

Достижения Москвы, между тем, отмечены высшим политическим руководством страны. Это продемонстрировано ещё и тем фактом, что созданный при Госсовете РФ единый оперативный штаб по противодействию инфекции возглавил именно Собянин.

———————————-

Для того, чтобы оценить ситуацию, в которой этой весной оказались главы регионов, надо вернуться на некоторое время назад. В конце прошлого года в жизни губернаторов возникли новые обстоятельства: с введением того самого KPI, который предусматривает новые способы коммуникации с населением, современный формат отчётности и менее забюрократизированную реакцию на запросы граждан. Нововведение поставило крест на политической карьере многих губернаторов, итоговая оценка деятельности которых ожидалась этой весной.

Безусловно, новые обстоятельства, связанные с мировым финансовым кризисом (он уже очевиден), с влиянием распространения новой коронавирусной инфекции, несколько изменили степень участия губернаторов в общественно-политической жизни. Теперь не только следование или не следование KPI рассматривается как параметр оценки деятельности глав регионов, но также реагирование на новые вызовы и угрозы, учитывая новые расширенные полномочия, предоставленные высшим руководством страны.

Поэтому именно с учетом коронавирусной повестки необходимо упомянуть ряд отставок, случившихся в эти месяцы. И хотя некоторые эксперты не согласятся с тем, что к трём отставкам этого периода привели действия (или бездействие) по нераспространению covid-19, считаю, пандемия всё-таки свой вклад внесла. Отсутствие своевременной реакции, взаимодействия с гражданами, оказания им помощи – сегодня основной критерий оценки эффективности глав регионов: отставленные руководители Архангельской области, Республики Коми и Камчатского края этот тест не прошли. В инерционной модели поведения этих глав регионов присутствовала такая черта, как задерживание информации о реальных данных. Это наглядно было видно на примере Коми, когда сразу после отставки Сергея Гапликова статистика заболевших коронавирусом резко увеличилась.

Учитывая новую повестку, главы не должны забывать о прежде существовавших KPI. Несвоевременность, запоздалость, непонимание момента, попытка уйти от ответственности в новых условиях, переложив решения на федеральный центр, скажутся на судьбе части губернаторов в ближайшее время. В похожей ситуации (где вместо коронавируса отягчающим фактором был Тулун) потерял пост Иркутский губернатор Сергей Левченко, выказавший полное игнорирование трагических событий на подведомственной ему территории.

Сегодня от губернаторов ждут максимум компетенции по управлению регионом. И многими главами ситуация воспринимается адекватно, они осознали себя, свою ответственность в новой реальности, предпринимают необходимые меры. Конечно, где-то есть инерционное запоздание. Но в целом губернаторы стараются, несмотря на новый режим работы всех секторов экономики, всех секторов человеческой деятельности.

Те же, кто опасается воплощать свою тактику, сторонится политических и репутационных рисков, боится вызвать гнев федерального центра, совершают явную ошибку: это не то, на чем они должны сосредоточиваться. Приоритет сегодня – помощь людям, а не сохранение своего лица на селекторах. Главное сейчас – помочь людям, помочь стране. Как показывает статистика, говорят специалисты и пример других стран – то самое плато, после которого можно будет сказать о достижении победы, всё ещё впереди.

 

Февраль 27, 2020 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Январь-Февраль, 2020)

Перестановки в правительстве и вообще формат новой политической жизни в стране после 15 января отразились на всех регионах без исключения. Конечно, мало кто прогнозировал назначение Михаила Мишустина и уход Дмитрия Медведева, а также новости по результатам послания президента Федеральному Собранию, но грядущие политические процессы, связанные с голосованием за Конституцию, с выборами в Госдуму, ничего экстраординарного собой не представляют. Это понятные политические процессы, очевидные и (некоторые) вполне регулярные.

Тем не менее, в медиапространство вынесло множество конспирологических версий и различных вариантов развития ситуации во внутренней российской политике, но на самом деле в реальности всё несколько иначе.

Для Москвы новая конфигурация определяется переходом Марата Шакирзяновича Хуснуллина на федеральную должность. Не думаю, что это ослабит стройкомплекс Москвы. Хуснуллин – специалист с уникальными компетенциями и опытом, но наверняка он подготовил себе хорошую смену, и она под руководством Андрея Бочкарева вполне справится.

Что касается обсуждений о возможном уходе – не уходе Сергея Семёновича Собянина на федеральный уровень, то это примерно такие же конспирологические версии, как обсуждение будущих вариаций политической власти в стране после так называемого гамбита – 2024 года и возможных кандидатур на пост президента. Всё это — домыслы.

Сергей Семёнович всегда чётко обозначает свои планы. И все его нынешние планы – это работать там, где он работает сейчас – руководить столицей России ближайшие несколько лет в качестве избранного жителями Москвы мэра.

В общем, перестановки в федеральном правительстве на Москве сказались только тем, что из Москвы ушёл Хуснуллин. Но я не думаю, что это сильно повлияло на позиции Собянина. Безусловно, изменения, заявленные президентом, повлияли и повлияют вообще на всю страну, нас ждёт голосование за поправки в Конституцию и новые различные векторы, но это не частная исключительная история, которая особым образом отражается на деятельности московского мэра. Москва гораздо больше готова к любым изменениям, так как является своего рода форпостом их реализации, а многое из того, что только предстоит внедрить регионам, в Москве давно уже обкатано и работает.

——————

Новая политическая реальность во многом следует из предыдущей. Определенные векторы развития государства в текущие месяцы изменились, но не кардинальным образом, а просто расширилось их назначение. Решение модернизировать систему власти никуда не делось, и президент на пресс-конференции снова это подтвердил, говоря о единой системе общественной власти. Но скорость модернизации увеличивается. Конечно, это сказывается на регионах. Но те темы, которые обсуждались в отношении региональной власти, продолжают работать: мы видим, что кому-то такое ускорение стоило отставки. Последний пример – калужский старожил Анатолий Артамонов.

Очевидно, вопросы, сформулированные в ноябре прошлого года, никуда не ушли: как обсуждался список глав, не соответствующих тем же самым, год назад поставленным KPI, так он и обсуждается. Но реализация планов ротации будет не одномоментна, как многие ожидали, а в некой очередности.

Как мы и прогнозировали в прошлом году, скоро увидим подведение этих итогов, перенесённое в связи с запуском процесса по голосованию за конституционные поправки. И уже факт голосования может повлиять на судьбу кого-то из региональных лидеров – для кого-то он будет означать скорейшую отставку, а для кого-то наоборот продление полномочий, и оно будет перенесено за дату голосования.

В целом же KPI известны: это коммуникация с населением, мгновенная реакция на проблемы и при этом уход от бюрократических препон в общении с людьми. Тут можно привести в пример кейс Сергея Левченко, недавно получившего отставку с поста губернатора Иркутской области, чтобы понять, что именно привело к данному финалу. Списки кандидатов «на вылет» широко обсуждаются, и зачастую некоторые предположения могут быть ошибочны. Хотя понятно, что есть определённые сигналы, в частности, ростовскому губернатору. Поэтому отставки будут. Отставки примерно те, которые предполагались многократно. Но сроки отставок могут быть сдвинуты как в одну, так и в другую сторону в зависимости от конкретной персоналии – так как решение о смене первого лица региона принимается в индивидуальном порядке, а не штампуется каким-то блоком.

Определенные трудности, конечно, могут возникнуть у губернаторов и в связи с коррективами в KPI, в основном, касающимися экономической эффективности. Но тут есть одна хитрость: для максимально точной реализации предложений главы правительства губернаторам нужно подробнейшим образом изучить биографию руководителя кабинета министров РФ (из неё следует, что он обеспечивал эффективность сбора налогов с 2-3% до 39%) и соотнести сделанные выводы с нынешней должностью Михаила Мишустина. То есть успех будет лежать в области эффективного финансового взаимодействия, причём во многократном увеличении. При этом показательно назначение первым замом главы правительства экономиста Андрея Белоусова, который уже давно высказывается за необходимость обеспечения дополнительного сбора средств с различных крупных ресурсных корпораций (а они зачастую представляют серьезную силу в регионах). И если сложить вот эти несколько элементов политического уравнения, то вполне можно понять, к чему готовиться губернаторам: к проверкам их эффективности в финансовом плане, отсутствию послаблений в реализации (или не реализации) бюджетных средств. Думаю, эта история тоже вызовет определённые последствия, но не сейчас.

Безусловно, и существующая угроза эпидемий и мировой пандемии должна повлиять и быть воспринята губернаторами всерьёз. Главное в этом вопросе – избежать паники, которая уже происходит в медиапространстве. При этом осложнившееся взаимодействие с Китаем по всем направлениям партнерства создаёт сложности и необходимость оперативного кризисного прогнозирования. Пока масштаб проблемы для нас невелик, но очевидно, что в том или ином виде её придется решать и в России. Спрос на защитные маски уже взлетел, и в этой связи появилась спекуляция. Конечно, всё это будет иметь влияние на жизнь российских регионов, особенно тех, что располагаются в непосредственной близости от Китая, тех, через которые идут массивные транспортные и туристические потоки – Москва, Санкт-Петербург. Но при правильной подготовке к профилактике, а это не только маски (они и нужны, в основном, тем, кто уже болеет), но и диагностическое оборудование, меры по разработке вакцины, широчайшая кампания по информированию населения – все эти меры вносят опредёленные коррективы в размеренную жизнь органов региональной и федеральной власти.

Но основной проблемой будут экономические последствия – потому, что китайская экономика несёт явный экономический ущерб, как минимум, от нарушения логистических цепочек и договоренностей. В определённый момент дефицитность поставок из Китая приведет к росту цен на ряд товаров, и эти претензии могут быть сформулированы обществом к власти. Сейчас это отдалённая угроза, но процесс реакции на ситуацию с коронавирусом губернаторам стоило начать самое позднее в середине февраля: пересмотреть взаимосвязь с китайскими поставщиками (в части централизованных закупок), провести переговоры со всеми поставщиками медицинского оборудования и препаратов, проверить наличие противовирусных средств на складах и создать определённые запасы, даже если в них не было необходимости, и начинать уже широкую кампанию по информированию населения, включая личное участие. Игнорирование очевидной угрозы, молчание, на мой взгляд, приведут к плохим результатам, которые лежат вне обычной логики политических событий, но, несомненно, скажутся на политическом будущем таких руководителей.

 

Декабрь 26, 2019 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Итоги 2019 года)

Существует всеобщее заблуждение, что для Сергея Семёновича Собянина выборы в Мосгордуму-2019 были испытанием, политическим тестом, в ходе которого он мог утратить часть рейтинга, повредить репутации. Это заблуждение, которое распространили медиа. А Сергей Семенович, как являлся одним из самых или даже самым эффективным градоначальником в статусе губернатора, так им и остаётся.

Он решает огромное количество городских вопросов. Идёт гигантский проект реновации, колоссально увеличилась за эти годы транспортная сеть Москвы, аналогов которой в мире нет и по сложности, и по количеству, и по скорости проезда транспорта. Во многих сферах жизни российской столицы произошли колоссальные подвижки.

Попытка выстроить какую-то медиа-конструкцию о том, как выборы в МГД повлияли на рейтинг мэра Москвы, не удаётся. Собянин важен для жителей города делами, жители ему за это отвечают доверием. 

Что касается бурного лета 2019 года, то очевидно, что тактика противодействия несанкционированным акциям в столице велась в правовом поле и в основном носила предупредительный характер; по сравнению с похожими ситуациями в европейских странах, наши силовики вели себя очень либерально. Оппозиция же получила свои места в Мосгордуме. Представительство соблюдено. Поэтому претензий к Сергею Семеновичу у жителей Москвы нет. Есть – у представителей других политических сил, тех, кто больше не может в Москве заниматься полулегальной серой бизнес-деятельностью. В Москве нельзя не платить налоги – нарушается трудовое право.

Итак: реновация, дорожная сеть, развитие Новой Москвы – всё это достаточно серьёзная история, которая показывает крайнюю эффективность Сергея Собянина. 

Можно сказать ещё о бюджете. Оппозиция пыталась высказывать претензии. Но в итоге даже многие депутаты Мосгордумы, избравшиеся от КПРФ, проголосовали за бюджет, так как он максимально социален. И даже популистские запросы КПРФ были учтены, прописана помощь различным группам населения, и внесён ряд других поправок. Даже такой резкий критик и противник Собянина, как Валерий Федорович Рашкин, вынужден был признать, что бюджет эффективен, социален, все запросы жителей так или иначе будут реализовываться, и он дал указание своим однопартийцам голосовать за бюджет. Даже он не предъявил политических претензий к Собянину, хотя ими наполнен как представитель левой оппозиции. 

Стоит отметить достойную стратегию Сергея Семёновича, который не позволяет себя втянуть в политические скандалы. Он сосредоточен на развитии города и соблюдении интересов жителей. Эта линия привела его в статус одного из сильнейших руководителей – управленцев современности.

Реноватор, первопроходец Собянин заканчивает ещё один очень продуктивный для него и столицы год. Безусловно, сложности есть. Но несмотря на то, что ему кто-то пытается показать, что год для него неудачен в силу политических событий, связанных с выборами и рядом резонансных историй (того же «Московского дела», хотя это вообще вопрос федеральной политики), соцопросы показывают: для москвичей в данную секунду Сергей Семенович Собянин – лучший мэр. 

——————

После постановки Москвой определённых KPI для губернаторов поведение многих из них, действительно, изменилось. У некоторых оно осталось инерционным, но существенная часть глав регионов свой стиль преобразила, чтобы соблюдать эти KPI. Это коснулось и реализации нацпроектов, в том числе по уровню, качеству и скорости общения с населением. Мы видим активный запрос на так называемую «новую искренность», видим, что ряд губернаторов пытаются ему соответствовать. Они выкладывают личные материалы на Youtube, стараются выстраивать прямую коммуникацию через Инстаграмм и другие соцсети, больше уделяют внимания гражданам, что, безусловно, способствует сокращению дистанции между губернатором и населением. Таким образом, удаётся понять и решить гораздо большее количество серьёзных проблем, чем раньше.

Это тренд, мейнстрим 2019 года. Он заметен, очевиден: kpi выполнил свою функцию. Главы ездят, встречаются, многие без охраны. Они осознают: чем больше они будут иметь прямых контактов с населением, а не через чиновничью цепочку исполнительной власти, тем эффективнее будет работа. Конечно, отправной точкой этот системы стали прямые линии Владимира Путина. Но теперь не всё зависит в стране от президента, и для решения локальных вопросов не нужно ждать год до такого телемоста. 

Множества ожидаемых отставок по осени не произошло. Очевидно, выводы по работе тех, кто удержал своё кресло, будут сделаны за год. 

Учитывая определённую мобилизацию нашей властной вертикали, и губернаторы, и врио стали стараться эффективнее выполнять поручения по нацпроектам, распределять бюджеты и субсидии. Вообще губернаторов стало больше видно. По крайней мере, через медиа. Утрачивая образ небожителя, губернатор приобретает вид эффективного управленца, который доступен для контактов с людьми. 

Но есть губернаторы, которые не следуют тенденциям. Их судьба сложится несколько иначе в следующем году. 

 

Октябрь 01, 2019 | Национальный Рейтинг Мэров (Август-Сентябрь, 2019)

По итогам многочисленных выборных кампаний разного уровня, проходивших в России минувшим летом, и событий, выборы сопровождающих, рейтинги многих федеральных чиновников, согласно различным статистическим данным, демонстрируют отрицательную динамику. Это сигнал о том, что социальная напряжённость в обществе, перейдя в активную фазу летом посредством несанкционированных митингов, продолжает набирать обороты. В российской столице этому способствует не только выборная тема. Градус недовольства подняло и так называемое «московское дело» — приговор актёру Устинову.

Политические события августа — сентября заметно сказались на репутации власти в целом, и, в частности, на отношении к Сергею Собянину. Политизированная часть общества ещё гудит. Однако чем дальше уходит единый день голосования, тем меньше поводов подогревать протестную повестку и, думаю, что наметившийся в предыдущих месяцах провал «кривой доверия» сегодня имеет тенденцию к выравниванию.

Учитывая общее одобрение москвичами деятельности градоначальника и удовлетворительное отношение к уровню жизни в российской столице, можно предположить, что в ближайшее время позитивное отношение к Собянину восстановится, а рейтинг возьмёт реванш.

Выборы прошли. Состав Мосгордумы сложился вполне репрезентативный, он включает в себя представителей различных оппозиционных сил – например, Яблока и Справедливой России.

В целом, политическая ситуация не сильно влияет на настроения жителей Москвы, поскольку они оценивают работу мэра по конкретным параметрам, таким, как удобства для жизни, развитость инфраструктуры и т.д. Конечно, различные вызовы – как федеральные, так и локально московские будут периодически возникать, но глобально история предвыборных дней не повлияла на позиции Собянина, а  оказала воздействие на рейтинг, как говорится, «в моменте». Жители Москвы, по-прежнему, считают Собянина мэром эффективным и относятся к нему хорошо.

—————

Оценивая деятельность конкретного мэра, люди оценивают власть в целом. Поэтому должность градоначальника, можно сказать, — историческая. Многое тут зависит от личности – на том же примере Москвы можно это проследить: курс города на развитие менялся в зависимости от разных людей, которые возглавляли нашу столицу. Ближайший пример: разница между Москвой лужковской и Москвой нынешней очевидна. Это мировая тенденция, она просматривается и в Америке, и Европе – важные свершения, связаны с персоналиями, с руководителями столиц – вспомните мэра Нью-Йорка Рудольфа Джулиани или лондонского градоначальника Садик Хана.

Но в целом, конечно, несмотря на роль личности в нашей стране, по идее, в выстроенной системе все-таки мэры – это часть системы исполнительных органов власти. И если они работают эффективно – значит, деятельность мэра нужно оценивать эффективно. Несколько иная история в Санкт-Петербурге, завязанная на региональной специфике, но, в целом, по стране, на мой взгляд, институт мэров достаточно эффективен.

Нередко современных мэров считают чуть ли не людьми на подхвате у губернаторов, но я бы не стал недооценивать их роль. Но такие оценки вполне справедливы для некоторых территорий, где-то мэр действительно почти единое целое с аппаратом губернатора. Но все-таки я надеюсь, что мэры – это отдельный институт, который получит свое развитие.

Недооценивают мэров часто потому, что они перестали заниматься политикой. Но иногда приходится – ведь так или иначе в городах политика присутствует. Организационная роль мэра на период выборов разного уровня тоже имеет место быть. Но переоценивание роли влияния на исход выборов любых политических фигур – это устаревшая модель восприятия, учитывая количество камер слежения на участках, КОИБов, различного другого оборудования, наблюдателей. Поэтому политические избирательные технологии в прошлом. Очевидно, что мэры могут влиять на выборы только с точки зрения эффективной подготовки к их проведению.  

На мой взгляд, мэр – человек не политический, я придерживаюсь мнения о мэре-хозяйственнике. Мэр должен эффективно заниматься городскими вопросами и защищать интересы города перед федеральным центром. В этом должна быть его политика. У нас действительно всех более менее публичных персон, в том числе актеров, певцов и рэперов стараются оценить с точки зрения политического веса. Но эффективный мэр – это тот, кто занимается развитием города и поддерживает его движение, способность во всех смыслах. В этом ключе и надо этот институт развивать. А политических фигур у нас, мне кажется, предостаточно, если не брать рэперов и прочих спортсменов.

 

Август 28, 2019 | Национальный Рейтинг Губернаторов (Июль-Август, 2019)

Команда мэра Москвы Сергея Собянина и сам он, очевидно, продолжает четко следовать своим целям и претворяет свои планы, которые заключаются в развитии российской столицы с учетом уникальных условий, которые есть у этого города. Аналогов Москвы, на мой взгляд, не существует. И весь мировой опыт – будь то Пекин, Нью-Йорк, Лондон, Мадрид или Барселона – здесь он не применим. Очевидно, что Собянин и его команда разрабатывает новую концепцию будущего и внедряет ее. Лица, которые регулярно посещают Европейский союз, могут сравнить и сравнение будет однозначно в пользу московских аналогий.

Поэтому я думаю, что деятельность Собянина заслуживает только положительных отзывов.  И это не только мое мнение. Существуют соцопросы, которые показывают достаточно высокий его рейтинг, хотя в профессиональном сообществе этот факт все-таки вызывает дискуссию. Появляются претензии к адекватности этих соцопросов. И, тем не менее: не связанные между собой опросы дают схожие результаты, а это означает, что жители всё-таки оценивают работу Собянина крайне высоко и позитивно. 

В этом плане я бы разделял критикующих Собянина: на собственно жителей Москвы и на оппозицию. Конечно, недовольство жителей не иссякнет  никогда – даже при самых идеальных условиях человек, в силу своей психологической природы, найдет повод для недовольства. И если сравнить тональность этого недовольства на временной шкале, то получим показательную картину: при предыдущем мэре москвичи были недовольны тем, что он что либо «не делает». Сегодня мы наблюдаем обратную ситуацию. Ругают за то, что много делает, за то, что где-то делает медленно, а, по мнению ругателей, надо интенсивнее и т.д. То есть сам корень недовольства изменился: тогда не происходило ничего, сейчас происходит, но не так как это задумали себе жители, у  подавляющего большинства которых есть мнение практически по всем вопросам, включая благоустройство города. Недовольство – это нормальное состояние гражданского общества, нормальное состояние человека. Конечно, есть особо сложные темы, такие как парковки, реновация, есть общефедеральная мусорная тематика, которая, безусловно, вызывает вопросы. Что касается оппозиции – то это совершенно отдельный вид недовольства – оно является постоянным и не появляется этим летом, не увеличилось – это определенная константа. Оппозиция всегда находится в некой антагонистической точке в отношении любых действий власти, и даже помощь со стороны последней в участи оппозиции в электоральных процессах воспринимается отрицательно. Оппозиция видит всегда какие-то подвохи. В том же вопросе по электронному голосованию. Мировой опыт показывает, что после того как вводится электронное голосование, оппозиция получает определенный прирост, так как молодежь априори всегда настроена более оппозиционно, чем старшее поколение, и при этом охотнее пользуется возможностями технического прогресса. Введение этого эксперимента по трем избирательным округам Москвы оппозицией было, тем не менее, встречено в штыки, хотя пример электоральной европейской истории должен их наводить на мысли о выгоде для них же. Но любое действие власти будет вызывать неприятие.   

На мой взгляд, целью нашей несистемной оппозиции, судя по ее действиям, требованиям в июле-августе, не было целью избраться в Мосгордуму, а выйти на уличные протесты с максимально радикальными выступлениями на электоральные тематики. Этой логике подчинены все их действия, начиная даже ещё с предкампании, когда с их стороны велась риторика о том, что «власть обязательно их не допустит», «власть обязательно перенарежет округа» — в общем ряд гипотез, которые не нашли подтверждения. Подписной барьер, как они его называют, тоже спокойно прошли многие оппозиционеры, они собрали подписи, они зарегистрированы. Если посмотреть на заявления лидеров уличной оппозиции июля-августа 2019 года, то сам характер требований изменился, уже основная тематика требований иная и, конечно, это демонстрирует искушенному наблюдателю, что выборы в Мосгордуму для выступающих не так уж и важны. Важна просто любая протестная тематика, как ранее — пенсионная реформа, Телеграмм, система «Платон». И в целом, я думаю, такая оппозиция не выражает мнение гражданского общества. Люди думают иначе, не выходят массово на несанкционированные митинги, несмотря на все мобилизационные усилия. Те самые 3-4 тысячи молодежи, которые участвуют в беспорядках, по данным МВД, включают в своё число достаточное количество не москвичей, а приехавших жителей других городов. По сравнению с избирателями-жителями Москвы, это мизер. Но оппозиция эта громкая, ее поддерживают некоторые западные СМИ, её слышно и создается некое впечатление, что это мнение всех жителей города, что не соответствует действительности.

Резкий отпор несанкционированным выходкам, решительность власти в этом вопросе, на мой взгляд, полностью оправдана. Требования оппозиции лежат вне правового поля. Требования зарегистрировать кандидатов без подписей, изменить избирательное законодательство или отправить председателя Мосгоризбиркома в отставку – все они незаконны. Да и сами лидеры уличных волнений признают: их цель – некие политические решения. А в переводе на обычный русский язык это означает: от власти требуют нарушить закон. Это требование ключевое. Да и вообще по сравнению с протестами 2017 года, нынешний московский протест отражен через увеличительное стекло. А московская власть, на мой взгляд, недостаточно оперативно и радикально пресекала провокации правонарушителей. В любой другой европейской стране – будь то Греция, Венгрия, Польша или,  наконец, Франция, Швеция, Германия (я перечисляю страны, где за подобные выходки следуют гораздо более жесткие наказания, вплоть до уголовной ответственности). А действия силовиков в Москве никак несравнимы с подобными ответами их коллег в том же Гонконге, Казахстане или Франции (вспомните недавние «желтые жилеты»).  На мой взгляд, в Москве буква закона соблюдена и следует соблюдать её дальше. И жестокости, то, чего ищет оппозиция, чтобы показать в западных СМИ – переломанных конечностей или выбитых глаз, побои лиц из категории моментально вызывающих эмпатию – инвалидов, беременных, стариков, девушек  – этого нет. Силовики ведут себя подчеркнуто корректно. Кстати сначала господа-оппозиционеры больше недели стояли на Трубной площади и их никто не разгонял. В общем – версия о том, что власть «жестокая, кровавая и надо было договариваться» — несостоятельна.  

——————-

Выступления несистемной оппозиции, организованные в июле-августе в Москве и получившие жёсткий отпор со стороны местных властей – отнюдь не столичная история. Это звонок всей России: губернаторы, приготовьтесь.  Те, кто сотрясал воздух в Москве под прикрытием выборов в Мосгордуму, на самом деле замахиваются на дестабилизацию политической обстановки в России, признаваясь в политической подоплеке московских волнений.  

Порядка двух десятков регионов России сегодня переживают избирательные кампании. И для меня совершенно очевидно: то, что мы наблюдаем в Москве – история модульная. То есть это отработка новых механизмов и методов протеста. По этим механикам будут разработаны, в этом нет сомнений, такие укрупнённые сценарии, которые будут применены после Дня голосования и не только в Москве. Алексей Навальный об этом прямо пишет. Сейчас в несистемной оппозиции происходит инвентаризация своих сил  и актива, отработка  и прощупывание работоспособности методов будущей мобилизации, возможностей соцсетей и, конечно, тестирование реакции власти – где находится та грань доступного насилия, до которой не следует ответная силовая реакция. Думаю, эти «наработки» будут применены и в Санкт-Петербурге, и в ряде других регионов. То есть история будет масштабирована.

Думаю, что таким образом мы наблюдали, как архитекторы протеста тестируют новые мировые методы, которые могут быть применены. В том же Гонконге. А менеджеры протеста эти вещи прямо или косвенно проверяют. И уж совершенно точно – тем, кто участвует в уличных протестах, нет дела до кандидатов в городской парламент, иначе они хотя бы знали их фамилии всех, кого по каким-то причинам не зарегистрировали, а не три-пять имен лидеров оппозиции. Выборы – просто повод, но не тема.

На мой взгляд, федеральное политическое руководство, судя по его реакции и на встрече с Макроном, и устами Алексея Пескова , серьезно осознает, что происходят некие модульные пробы, а со стороны столичного мэра идет нормальная отработка ситуации, пусть проблемной, да имиджевой, но ситуации не июля-августа 2019 года, а некой будущей истории, тому же периоду новых выборов в Госдуму, к которой следует быть готовыми повсеместно, потому что тогда все наработки лидеров протестной оппозиции будут применены в полную силу. Потому что их, конечно же, интересует не Москва, а федеральный парламент.

И везде, где есть хоть какая-то протестная тематика, независимо от основания причины, следует быть готовыми к провокациям.  Под угрозой, судя по высказываниям и действиям несистемной оппозиции, Санкт-Петербург, Великий Новгород, Архангельск (в 2020 году), попытка раскачать ситуацию в Севастополе. Но, судя по всему, задача этой оппозиции, не сосредоточиться на каких-то конкретных регионах, а показать общефедеральную протестную волну. Они надеются, что получив поддержу через «умное голосование», системная оппозиция в лице КПРФ и, возможно, единичных представителей других партий тоже даст им поддержку, как это было в случае с протестом против пенсионной реформы и они смогут отчитаться перед своими западными кураторами, показав общефедеральную картину, которая соответствует одному из тезисов этих самых архитекторов протеста, который транслируется раз за разом – о том, что 3,5% населения, вышедшие на мобильный протест, могут поменять систему. Ну а за красивую картинку эти люди смогут потребовать увеличения финансирования борьбы с «кровавым режимом».

При этом полыхнуть могут даже регионы, о которых мы сейчас, в августе 2019 года думаем, что они тихие и спокойные, стоит появиться любой протестной тематике, с которой власть, в силу каких-то причин, не очень умеет работать. Не застрахованы и те территории, которые в прошлом году пережили электоральные сюрпризы — Владимирская область, Хабаровский, Приморский край, Республика Хакасия. Этой оппозиции не важно, кто находится во главе региона. И более того, ей не важно – кто избирает. Один из помощников Навального Леонид Волков прямо так и сказал – «кандидатов нормальных мало, будем призывать за всякий сброд», показав совершенно определенное отношение к электоральным механизмам. 

Они будут идти от проблематики. Везде, где менеджеры протестной активности увидят поводы для вывода людей на улицы (экология, уровень жизни и т. д.), они буду применять свои бессрочные пикеты административных зданий, голодовки активистов, широкий «посев» через социальные сети  и тот же Ютуб, который «чудесным» образом настроил свои алгоритмы так, что протестные ролики поддерживаются, а антипротестные — удаляются.

В общем,  региональным лидерам есть над чем задуматься, изучив тактику и стратегию тех, кто собирается применить всю систему методов «нового протеста», которые обкатываются сейчас не только в Москве, но и, например, в Казахстане.